— Я принимаю клятву! — несмотря волнение, мой голос прозвучал уверено и даже властно.
— Ш-ш-што?! — прошипела мать Флая.
Конечно, никакой клятвы не было, но Халисари-то об этом не знала. Она увидела лишь коленопреклоненного сына и услышала фразу, которой завершался свадебный обряд у темных эльфов.
Я подняла глаза и победно посмотрела на Халисари. Тебе он не достанется, истеричная садистка! Однако мать Флайдина и не думала сдаваться. За секунду до того, как она ударила, я поняла ее замысел. Ментальный щит накрыл Флайдина, а я едва успела закрыть глаза.
Никто не должен увидеть мой изменяющийся зрачок.
Мощный ментальный удар сотряс щит. Но почему? Флайдин же не давал ей клятву, значит, не связан с матерью! Почему тогда она может атаковать его менталом? Переждав удар, я распахнула глаза и наткнулась на пораженный взгляд Флайдина. Он все так же сидел передо мной на коленях и, подняв голову, смотрел снизу вверх. Казалось, он отказывался верить в то, что сейчас произошло.
— Как ты посмела, дря-я-янь?! — взвизгнула Халисари.
— Ты, мерзкая человечка, как посмела! И ты, никчемный бездельник! Кто тебе дал такое право? Кто позволил?
Флайдин встал и развернулся лицом к матери. Откровенно сказать, Халисари выглядела ужасно: красные дергающиеся губы, злые темно-вишневые глаза, алые длинные ногти на скрюченных пальцах. Разъяренная упырица. Я придвинулась поближе к Флаю: от него шло мягкое успокаивающее тепло. За его спиной безопасней. Халисари меня испугала. От такой неадекватной истерички можно ждать чего угодно.
— Что здесь происходит? — ледяной голос великой матери мгновенно заткнул визгливую гарпию.
На поляне появились новые действующие лица: посол дроу и королева. Сзади женщин маячили телохранители. В отчаянии я вцепилась в жилетку Флайдина.
— Повторяю вопрос: что тут происходит? — великая матерь теряла терпение.
— Она, — Халисари указала на меня подрагивающим пальцем, — взяла у моего сына клятву на крови!
— Любопытно, — Шаинари посмотрела на меня, как маг-исследователь на забавную зверушку.
Такой взгляд меня разозлил и придал сил. Я вышла из-за спины жениха и, слегка поклонившись, ответила:
— Флайдин сказал, что у вас принято, чтобы муж приносил жене клятву. Раз соглашение между нашими странами подписано, и наша судьба определена, мы решили, что уже можно приносить клятвы. Разве я сделала что-то не так? Разве у вас муж не клянется жене в верности?
— Клянется, — ласково и даже слегка обозначив улыбку, сказала королева.
