Оказывается, Ладмила настояла на том, чтобы он меня осматривал каждый день, пока идет выздоровление. Его величество был не против, поэтому целитель немного поколдовал надо мной, поворчал и удалился восвояси.
А я лежал на походном одеяле и улыбался, как идиот. Ладмила позаботилась о целителе для меня. Не забыла. Той же ночью мне приснился сон, в котором я показывал ей свои любимые места в пещерах. Лада смеялась, а потом мы целовались. Разумом я понимал, что такая привязанность опасна, но это не мешало мне получать удовольствие от подобных снов.
Их, к слову, было несколько, но я жалел только о том, что они не снились мне каждую ночь.
На третий день путешествия, когда я более-менее оклемался, со мной поговорила госпожа посол. Разговор был долгий и познавательный. Эдиина уже три месяца жила среди людей. Она хорошо понимала, как узнать что-то важное. «Дружелюбие и лесть — вот залог успеха!» — повторяла госпожа посол. Она была уверена, что у людей есть, чему поучиться. По ее мнению, мне нужны были знания о животных и растениях на поверхности.
После того памятного разговора я познакомился с Чейзом. Он должен был обучить меня ориентированию в лесу, повадкам птиц и животных и разным хитростям следопыта. «Если ты хочешь добыть сведения для королевы, то должен уметь располагать к себе людей, — внушала мне Эдиина, — Чейз — это твой экзамен!»
Сначала я не понимал, зачем мне нужно учить все это, но потом сообразил: следопыты могут быть прекрасными разведчиками. В пещерах одни способы найти того, кто сбежал, или, наоборот, уйти от погони, а на поверхности — другие.
Лишними эти знания точно не будут.
Чейз оказался среднего роста, худощавым и уже немолодым, по людским меркам. Над губой у него топорщились седые усы, на голове образовалась залысина, но сам следопыт был довольно крепким малым. Я решил вести себя с ним сдержано, но постепенно мы действительно сдружились.
Желая польстить Чейзу, я при знакомстве назвал его наставником, а потом и сам не заметил, когда это обращение стало не лестью, а констатацией факта.
Обучение проходило следующим образом: Чейз мне что-то рассказывал, потом мы уходили с дороги, и он старался показать то, о чем говорил. Мы ненадолго отставали от процессии, а потом догоняли караван.
Кроме рассказов о животных, растениях и птицах, Чейз знал много забавных и поучительных историй. Слушая их, я узнавал больше об отношениях среди людей. Кое-какие слова и действия Ладмилы мне стали более понятны.
Чейза было приятно не только слушать.
