Эликсир красоты, или Это всё Она (СИ)

Дверь открыла дуэнья, и в комнату вошёл Джером. В глубине души я была так рада его видеть, что всё же на миг смогла растянуть губы в счастливую улыбку.

Муж нахмурился, явно догадавшись, что со мной что-то не так:

– Лоретта, оставьте нас наедине!

Женщина хотела было возразить, но заметив непреклонное выражение на лице Холстена, кивнула и, присев в реверансе, вышла из помещения.

– Дали убойную дозу успокоительного? – в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, он заглянул в мои глаза и сразу же обо всём догадался.

 – Понятно. Джош сомневался, что они так поступят, но всё же выдал мне кое-что, что поможет тебе прийти в себя. Вот, выпей.

И Джерри лично влил мне в рот что-то из небольшого пузырька.

– Пойдём, нельзя опаздывать. В этом успокоительном нет ничего опасного, скорее это некая мера предосторожности, чтобы ты не кинулась в окно или ещё что-то в этом духе. Но мне претит подобное обращение, ты человек, а не животное. И должна всё понимать и правильно на всё реагировать. И ещё, он остановился у самых дверей: помни, я с тобой.

Даже если ты магиня, я не оставлю тебя здесь.

Глава 41"

"Мы шли под конвоем, иначе сопровождение из четырёх дюжих гвардейцев я назвать не могла: двое вышагивали впереди нас, двое позади. При всём при этом их ладони сжимали эфесы, и, думаю, если бы кто-то из нас с мужем дёрнулся бы, то непременно пожалел об этом. Лица охранников наполовину были скрыты надвинутыми на лоб металлическими шлемами, обитыми какими-то кожаными вставками – явно чтобы не натирали.

Вот таким составом нас вели по коридорам дворца, скорее всего, в сторону тронного зала.

И чем ближе мы подходили к пункту назначения, тем больше людей встречалось нам по пути: нарядно одетые, обвешанные драгоценностями, как новогодние ёлки игрушками.

Постепенно ко мне вернулась ясность сознания: я ощутила яркий контраст между заторможенностью и способностью всё понимать и адекватно реагировать. И как с глаз спала мутная пелена, я начала размышлять и делать выводы.

Не очень для меня приятные. Во-первых, король не желал меня отпускать, даже если во мне нет магии – судя по всем его действиям, во-вторых, Джером пообещал не оставлять меня здесь и помочь в случае чего, и это обстоятельство вызывало глубоко во мне странные, непривычные чувства: благодарность и ещё что-то, доселе неведомое. Я была не одна в этом холодном здании, здесь находился как минимум ещё один человек, готовый ради меня совершить некий поступок.