— Когда я попал туда впервые, то был впечатлён.
Расписные своды «Метрополя» встречают нас по-царски. Официанты в белых перчатках двигаются быстро и бесшумно, на столах, укрытых белыми скатертями, поблескивает хрусталь, из-за колонн доносится звучание струнного квартета.
Я непроизвольно сжимаю руку Леона, чтобы погасить растущее волнение. Прекрасно, что моё платье отправилось в мусорку, а Каролина носит тот же размер, что и я. Этому месту волей-неволей хочется соответствовать.
Зал оказывается почти пуст.
В дальнем углу сидит пожилая пара — он в твидовом пиджаке и роговых очках, она с укладкой и в элегантном платье в пол. У окна — представительный мужчина с газетой в руках, чьё лицо мне кажется смутно знакомым. Возможно, я видела его по телевизору.
Мы садимся. Официант протягивает меню, но Леон отказывается. Блюда, которые он сходу перечисляет, звучат как песня, призванная спровоцировать повышенное слюноотделение: яйца-бенедикт с крабом, круассаны, копчёная стерлядь, сырники из фермерского творога, витрина молодых сыров, блины с красной икрой… Причём здесь, кстати, витрина?
— Ты, похоже, сильно проголодался, — шепчу я, когда официант уходит.
"
"— Раз уж мы добрались сюда, нужно попробовать как можно больше, — отвечает Леон с лёгкой улыбкой. — Скажешь своё мнение.
— Боюсь, я не тяну на гурмана. Обычно мой завтрак — это бутерброд с сыром и овсянка.
— Достаточно просто сказать, вкусно или нет.
Кивнув, я протягиваю к нему руку. Жест смелый и неосознанный, но он получает моментальный ответ: Леон с готовностью обхватывает мои пальцы своими и сжимает.
— Что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне, — говорю я, подавшись вперёд. От искренности этого признания голос немного дрожит. — Запомни это, ладно?
Опустив взгляд на наши сплетённые пальцы, Леон кивает. Не знаю, почему испытываю нужду постоянно напоминать ему о своей безоговорочной поддержке. Наверное, потому что чувствую: она ему сейчас нужна гораздо больше, чем мне.
— Леон, приветствую! — звучный голос заставляет нас обоих поднять головы.
— А я издалека не сразу понял: ты это или нет.
Мужчина лет сорока с хвостиком возвышается над нашим столом: у него взгляд хозяина жизни, дорогой парфюм и дорогущие часы на запястье.
— Здравствуйте, Виктор Степанович, — поднявшись, Леон пожимает ему руку. — Вы не ошиблись.
— Тоже позавтракать, значит, пришёл? — пытливый взгляд на секунду оставляет Леона и переползает на меня.
— Как видите.
