Я согласился, что ты перегнул палку, но объяснил это тем, что воспитал тебя в уважении к женщинам, которых каждый достойный мужчина обязан защищать.
Я ловлю себя на мысли, что, пожалуй, один из самых неформальных разговоров у нас с отцом, и я даже решаюсь пошутить:
— И как же Станислав Олегович стерпел подобное унижение?
— Намекнул, что инцидент может разрушить твой брак с Эльвирой и темп предстоящих выборов.
Застыв, я смотрю себе под ноги. Именно этого я, пожалуй, больше всего и боялся: что драка пагубно повлияет на шансы отца стать мэром.
— На это я ответил, что если мою репутацию так легко уничтожить проступком сына, значит, я не достоин должности, на которую претендую. И напомнил, что это правило работает для всех. Я, между прочим, тоже не последний человек в этом городе, и моё слово чего-то да стоит. И если мы начнём раскачивать эту историю на официальном уровне, неизвестно, кто больше пострадает.
Я смотрю в решительное лицо отца и чувствую, как грудь распирает от гордости и признательности.
Всё же не зря столько времени он был для меня примером. Более справедливых и цельных людей я не встречал.
— Спасибо, пап, — в порыве чувств я протягиваю ему руку. — Независимо от того, как всё закончится.
Отец крепко её пожимает и с усмешкой хлопает меня по плечу.
— Думаю, всё будет нормально. Стас поначалу требовал твоих извинений перед ним и Денисом, но я сразу сказал, что на это можно не рассчитывать. Шансы стать мэром у меня по-прежнему имеются даже без его поддержки, так что, думаю, не станет он рисковать.
Невыгодно со мной ссориться: мало ли какие вопросы придётся в будущем решать. А свадьбу я не стал обсуждать. Сказал, что дети уже взрослые и должны сами решить этот вопрос. Так что… — Ярко-синие глаза смотрят в мои. — Раз уже передумал жениться, не откладывай разговор с Эльвирой в долгий ящик. Она ни в чём не виновата и достойна уважительного отношения.
Я киваю.
— Конечно. Завтра она возвращается из Праги. Встречу её в аэропорту и всё объясню.
66"
"Люди высыпают из раздвижных дверей аэропорта порциями.
Одни деловито спешат к табличкам с напечатанными именами, другие, замедлив шаг, подолгу вглядываются в лица встречающих в поисках знакомого, третьи, ни на кого не глядя, волокут чемоданы к выходу.
Эльвира по обыкновению выходит последней и безошибочно следует к месту, где я её жду.
Под надписью «Зона прилёта» — рядом с ларьком сувениров — место встречи, которому мы не изменяли в течение семи лет.
