Гил и Кроссвайт присели за валуном, досадуя из-за неработающего радиопередатчика.
— Слава богу! — сказал Кроссвайт, ощущая облегчение в теле.
Гил заметил, что Орзу смотрит на них.
— Мне жаль, ваши лошади… — сказал он по-английски и, указав на мертвых животных, всплеснул руками.
Орзу подошел к нему и, развернув того, увидел, что из поясницы торчит пластиковая трубка. Он в удивлении вскинул брови и, похлопав Гила по плечу, сказал что-то по-таджикски. Гил не понял, но по глазам старика догадался, что тот не беспокоился о лошадях — это жизнь, а жизнь подчас очень жестока.
Фарух присоединился к ним.
— Мой дядя спрашивает, что им делать? Мы можем вырваться из окружения, но куда мы пойдем пешком?
— Мы дождемся вертолетов, — ответил Гил.
Фарух поговорил с Орзу, то и дело качая головой и пожимая плечами.
— Дядя спрашивает, что будет с нами? В долине все еще много хезби.
Они стояли, слушая, как ревут за горами двигатели.
— Думаю, они недалеко, — сказал Гил.
— Но они не смогут перестрелять их всех.
Пещеры глубокие. Хезби подождут, пока…
Гил схватил Фаруха за руку.
— Не волнуйся. Скажи дяде, что вы все пойдете с нами, я буду с вами. — Он посмотрел на старика и улыбнулся. — Понятно, дядя?
Фарух перевел слова Гила, и старик заулыбался.
— Он говорит, что понятно, племянник.
Они подняли винтовки и поспешили, укрываясь за валунами, обстрелять фисташковый сад.
Через пять минут в небе появилась пара «черных ястребов» с «ночными сталкерами». Из-за деревьев выскочили три гранатометчика.
Только благодаря мастерскому маневру пилота удалось избежать катастрофы. Вертолет накренился, набрал высоту, и из открытых дверей на сад обрушился огненный дождь.
Гил тронул Фаруха за плечо.
— Скажи дяде, что сейчас лучше отступить. Вертолеты сейчас спалят сад и поджарят всех, кто там окажется.
Пока он это говорил, из посадки в ста метрах от реки выбежало больше полусотни боевиков, желающих расправиться с предателями-таджиками. Каждый из этих отчаянных пуштунов стремился погибнуть в этой великой битве во славу Аллаха ради того, чтобы спасти душу Афганистана.
Снаряды РПГ взрывались между скал, рядом с таджиками. Лишенные другого выбора, они отступили в каньон и попадали на землю.
Карабкаясь по каменистой земле, Фарух вместе с Орзу затащили орущего Кроссвайта обратно в глубь каньона, где, укрывшись за вторым рядом мертвых лошадей, стали бить неприятеля одиночными выстрелами из полуавтоматических винтовок. Оставался последний магазин.
