— Я читал записи стенограммы из Крича, — признался Шройер. — Тому и Джерри приказали отступить.
Поуп пожал плечами.
— Это не имеет значения.
— Как не имеет значения?! — взвился Шройер.
Почесав тыльную сторону ладони, Поуп скучающим голосом стал пояснять:"
"— Аналитики из Лэнгли не видели, что происходило на складе. Перед Томом и Джерри стояло три задачи: забрать Сандру, ликвидировать ее похитителей и сохранить деньги. Собственно говоря, сработали они идеально. Они и похищенное тело нашли, и сохранили каждый афгани, выданный Центральным банком.
Также они устранили крупную бандитскую группировку, которая терроризировала город.
Поуп остановил взгляд между Шройером и Веббом.
— Это как раз тот случай, когда лабораторный эксперимент приводит к непредвиденному и необоснованному результату.
Вебб прокашлялся и заговорил, стараясь утихомирить Шройера:
— Прежде чем идти докладывать, я хотел уточнить у Боба детали. Прощу прощения, что не сделал это раньше. Мне и в голову не пришло, что президент все узнает так рано утром.
Я думал, что у нас есть около часа, чтобы подготовиться. Я беру ответственность за задержку на себя.
Шройер принял оправдания Вебба, но было уже поздно, и президент дал ясно понять, что ему не нравится, что пока ничего не понятно.
— И что теперь? Нет выкупа, нет Сандры — ничего нет.
Поуп продолжал сидеть с отсутствующим выражением лица.
— Шакал был единственным, через кого мы держали связь. Все, что нам остается, — ждать нового посредника.
Шройер засунул руки в карман и нервно сжал их в кулаки.
— Ага, а новый посредник явится в виде новой серии видео с истязанием — только на этот раз с трансляцией по Аль-Джазира. Эти идиоты могут удвоить сумму выкупа. Я скажу президенту, что надо выступить по телевидению сейчас же. Ну, вы двое, объясните мне, какие у вас основания этого не допустить?
Вебб взглянул на Поупа.
Поуп тоже оглядел их обоих и стал нехотя делиться своими политическими соображениями.
— Ну… если мы предадим эту информацию гласности, у ХИК больше не будет оснований вести себя пристойно.
Сейчас, насколько я понимаю, дела обстоят так: они все еще согласны на переговоры, но так, чтобы остальной мусульманский мир не узнал, каким образом они обогатились. Если же мы расскажем всему миру об этом, у них не останется выбора. Они лишатся денег, но сыграют на пропаганде. Я бы порекомендовал подождать. И понаблюдать, как будет развиваться ситуация дальше. Дадим им сделать следующий шаг.
