Элли и Звери

А потом Рустик увидел меня.

И вот не знаю, чем я его так сильно цепанула, но за его ухаживаниями наблюдала вся тусовка. И ржали, конечно же. Я тоже. Ржала.

Месяц, второй, третий…

Парень, вроде как, был безобидным. Глупый, молодой, понторез.

Напрягал, конечно, но не то, чтоб сильно.

А потом мой приятель, с которым я в тот момент только начала встречаться, попал в больницу с черепно-мозговой. Напали сзади в темноте.

Я выходила из больницы как раз, когда Рустик подвалил. И так, слово за слово… И поняла я, что это его рук дело! Вот реально, он даже хвалился этим! А я не выдержала.

У него папа был полицейским."

"Толик послушал, обещал помочь, сказал, приходить с заявой завтра в отделение. Он, типа, с отцом поговорит, чтоб сразу делу ход дали.

А я в расстроенных чувствах пошла в мастерскую на работу. Но не дошла.

Тормознула напротив, перекрывая дорогу, черная тачка, выскочили крепкие мужики и затащили меня прямо в салон.

А в салоне…

Сука, такого страшного мужика я в жизни не видела никогда, а уж насмотрелась, вроде как, достаточно.

Седой, костистый, на мертвеца похожий. В дорогом костюме.

Он осмотрел меня медленно, так, словно по косточкам разложил, а потом опять собрал.

- Ну привет, Элина.

- Эля, - огрызнулась я, лихорадочно соображая, как себя вести. Сначала надо было выяснить, какого, собственно, хера? И потом плясать.

- Какого хера? – не стала выдумывать я новых слов.

- Дерзкая, – качнул головой мужик, - понятно, почему Руслан запал на тебя. Весь в меня. Я тоже дерзких люблю.

- Че?

Ну, это я так, прикидывалась уже, потому что сразу стало понятно, чего и почему.

Рустик, значит, сука мелкая…

- Значит так, девочка, - не стал ходить вокруг да около мужик, - моему сыну ты нравишься. Он тебя хочет. А если мой сын чего-то хочет, он это получает. Поняла?

- Нет.

- Все ты поняла, девочка, по глазам вижу, не дура далеко, – не поддержал мою игру мужик, - давай так, сегодня даю время собраться, а завтра ты едешь к нему, и делаешь все, что он захочет.

- Да ты охерел?

Это само собой как-то вырвалось, я не хотела, вот честно.

А в следующую секунду оказалась прижатой к спинке сиденья жесткой костистой лапой, причем, так умело и основательно, что даже шевельнуться не смогла. Застыла просто, как курица в плетне, глаза только таращила.