Элли и Звери

Покраснеть, может?

Но , как назло, на заказ не выходит.

Ладно, сойдет и так."

"Бургер, и в самом деле оседлавший любимую тему гендерного равенства, которое, по его мнению, ни к чему хорошему не приведет, обеспечивает нам таким образом спокойные пятнадцать минут до конца пары.

Я собираюсь, потом мы с Татой задерживаемся, пропуская остальных студентов к выходу, потом я вспоминаю, что забыла сумку, и возвращаюсь, короче говоря, мы немного припаздываем с выходом, и выбегаем уже когда заходит другая группа.

В коридоре толпа. Была бы я одна, точно растерялась бы. Но Тата – мой верный проводник, она точно знает, куда идти, тащит меня за руку.

Я послушно иду, а потом словно спотыкаюсь.

Потому что вижу их.

Они стоят на противоположной стороне коридора и смотрят на меня. Нас разделяет студенческое море, шум и беготня. Но все это отходит даже не второй – на десятый план. Складывается ощущение, что в целом шевелящемся пестром мире сейчас только мы.

Я, замершая столбом и вынужденная крепче уцепиться за руку Таты, как назло, остановившейся поболтать с кем-то.

И они. Двое одинаковых парней. Высоких. Красивых. С одинаковыми хищными взглядами. Они смотрят на меня. И нет никакого сомнения, что меня узнали.

Никакой надежды, что это не так.

Меня узнали.

Они стоят, смотрят, тяжесть их взглядов материальна настолько, что у меня становятся влажными ладони, пот выступает над верхней губой от внезапно накатившей духоты. Мне жарко. Так жарко, как было тогда, горячей анапской ночью, когда я позволила этим парням делать с собой все, что им хотелось.

Меня неожиданно совершенно оглушает такой дозой желания, словно… Словно они каким-то образом сумели передать мне свои эмоции через коридор.

Я теряюсь, краснею, уже не думая о том, насколько это правильно, насколько уместно.

Я не знаю, что делать дальше.

Бежать? Куда?

Стоять на месте? А если подойдут?

Если… Если при всех…

В первый раз в своей жизни я теряюсь настолько, что даже думать не могу. Никогда такого не было.

Когда бежала от папаши гребанного Рустика, пожалуй, только, да и то подсознание в совершенно правильном направлении вынесло.

А тут…

Черт…

А они смотрят. Глаз не сводят с меня!

И это одновременно пугает и будоражит.

Ощущение, что меня трогают. На расстоянии. Настолько все материально. Я даже руку непроизвольно подношу к груди, чтоб закрыться.

- Эй, ты чего застыла?

Голос Таты вырывает меня из безумного наваждения, приводит в чувство.