Эллигент

Чувствую прилив торжества. Теперь уже недалеко.

– Стойте! – раздается голос.

Охранники. Они заметили нас.

– Стойте, или мы будем стрелять!"

"Калеб вздрагивает и поднимает руки, я тоже. Мельтешение мыслей в голове замедляется. Но сейчас я не вижу в Калебе того трусливого парня, оправдывающегося за то, что продал меня Джанин Мэтьюз. Рядом со мной мой брат, который подбадривал меня, когда наша мать сломала запястье. Возле меня – Калеб, который в ночь перед Церемонией указал мне, что надо делать свой собственный выбор.

Я думаю о том, какой он на самом деле замечательный: умный, увлеченный, внимательный, тихий, серьезный и добрый. Мы с ним две части одного целого, и так будет всегда. Я не принадлежу ни альтруистам, ни лихачам, ни даже дивергентам. Надо мной не имеет власти ни Бюро, ни Город, ни Округа. Я вместе с людьми, которых люблю, а они – вместе со мной. Именно это, а еще – моя верность и создают мою собственную личность.

Я люблю своего брата. А он, Калеб, содрогается от ужаса при мысли о близкой смерти.

И теперь я могу лишь повторить то, что сказала ему совсем недано: я бы никогда не повела тебя на твою собственную казнь.

– Калеб. Дай мне рюкзак.

– Зачем? – недоумевает он.

Засовываю руку под рубашку, достаю пистолет и навожу на него.

– Калеб.

– Трис, нет, – качает он головой. – Нет, я тебе не позволю…

– Брось оружие, – орут охранники из конца коридора.

– Я смогу противостоять сыворотке смерти, – продолжаю я убеждать Калеба. – А ты – нет. В общем, дай мне рюкзак, или я раню тебя, а потом все равно заберу его.

И я повышаю голос так, чтобы меня слышали охранники:

– Он – мой заложник. Не подходите, или я убью его.

Калеб становится очень похож на нашего отца: его глаза смотрят устало и грустно, на подбородке виднеется тень щетины. Руки у него дрожат, когда он снимает со спины свою ношу и протягивает ее мне. Я закидываю рюкзак на плечо. Потом медленно отхожу, стараясь двигаться так, чтобы он оставался между мной и солдатами.

– Калеб, я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, Беатрис, – отвечает он, его глаза блестят от слез.

– Немедленно на пол! – демонстративно кричу я.

Калеб падает на колени.

– Если я не выживу, – говорю я ему, – передай Тобиасу: я не хотела его бросать.

Я чуть отклоняюсь и целюсь в одного из охранников. Вдох. Замереть. Выдох. Огонь. Слышу стон боли и кидаюсь в тень, звуки выстрелов звучат в ушах. Мечусь от стены к стене, чтобы им труднее было в меня целиться, а затем ныряю за угол.