Эллигент

– Может, они и правы, – отвечает Эвелин.

Она, наконец, поворачивается ко мне и подпирает щеку кулаком. На одном из пальцев у нее татуировка, изображающая пустой круг. Она похожа на обручальное кольцо.

– Но зачем ты к нам пожаловал?

Я ни на что не могу решиться. Эвелин… Время проехалось по ней, превратив в лоскут ветхой ткани, волокна которой вытерлись и износились. Неужели передо мной – та самая Эвелин, которую я знал в детстве? Тогда она улыбалась, а глаза ее сверкали от радости. Но чем дольше я вглядываюсь в ее лицо, тем больше убеждаюсь, что той счастливой женщины никогда не существовало.

– Я собираюсь дать тебе выпить это.

Она переводит взгляд на флакон.

– Я думаю, что это – единственный способ предотвратить полное уничтожение города, – продолжаю я. – Маркус, Джоанна и их люди хотят вас атаковать, а ты сделаешь все возможное, чтобы их остановить. В том числе не погнушаешься использовать сыворотку смерти, которая у тебя есть.

– Нет, – качает головой она. – Фракции не должны быть восстановлены.

Ее рука так сильно сжимает край стола, что костяшки пальцев белеют.

– Знаешь, при чем здесь фракции? – спрашиваю я. – У нас была лишь иллюзия выбора, а фактически он отсутствовал. Ты пытаешься сделать сейчас то же самое, отменяя их. Ты предлагаешь всем: «Давайте, выбирайте. Но если, не дай бог, вы вернетесь к фракциям, я порву вас на куски».

– Тогда почему ты молчал? Ты сбежал, – она повышает голос. – Ты предал меня!

– Потому что я тебя боюсь, – вырывается у меня, и я сразу сожалею о своем признании, хотя и рад, что сказал это. – Ты… ты мне напоминаешь о нем!

– Не смей! – кричит она.

– Меня не волнует, что тебе неприятно меня слышать. Маркус был тираном у нас дома, а ты теперь превратилась в тирана в нашем городе.

– Ясно, – произносит она и берет флакон. – Ты считаешь, что это – прекрасный способ все исправить.

– Я начинаю, я и умолкаю.

Что мне делать? Если я сотру ее воспоминания, то создам себе новую мать. Но она больше, чем моя мать. Она – личность. Я не имею права так с ней поступить.

– Нет – говорю я. – Я предоставляю принять решение тебе.

Мое сердце бьется, как бешеное."

"– Я думал о том, чтобы встретиться сегодня вечером с Маркусом, но в итоге раздумал, – с трудом сглатываю слюну. – Я пришел к тебе, а не к нему… Поскольку уверен, что у нас с тобой есть надежда на примирение.