Главнокомандующий Батуй Чёрный равнодушно пожал широкими плечами и спокойно ответил:
— Нашему войску никто не сможет оказать достойного сопротивления. Мы, как ураган, всё сметём на своём пути, и песком развеемся в степи, забрав их жизни и имущество с собой.
— Как складно ты говоришь, — сладострастно улыбнулся Толуй, и даже прижмурился от удовольствия.
— Насколько мне известно, нас будут ждать небольшие королевские отряды, но все они будут сидеть за крепостными стенами, и выкурить их оттуда будет непросто.
— Ничего, — махнул рукой хан, нисколько не расстроившийся от такой новости, — не впервой, справимся.
Нужно только не затягивать с осадой замков. У нас не так много времени, потом отец призывает меня к себе, у него планы на земли персов. Богатые у тех владения.
Войско Толуй-хана двигалось неспешно, неотвратимо приближаясь к первой крепости.
Король Вильгельм Первый не особо испугался грозных кочевников, разослал немногочисленные войска в приграничные замки, наказав в бои не ввязываться, ворота не открывать до последнего.
Хозяевам крепостей сие было далеко не в радость: ещё кормить лишние рты, которые только и будут, так это сидеть в их доме и ничего не делать. А если орда до них так и не дойдёт? Пустая растрата ресурсов. Но приказ короля, делать нечего, будут выполнять.
Толуй-хан разграбил все близлежащие сёла и пожёг дома. Батуй Чёрный смотрел на всё это с плохо скрываемым презрением, но вмешиваться не стал. Он вырос в этой среде, давно привык. Но в глубине души, воспитанный ласковой матерью, ему претило всё то, что творилось во время вот таких набегов.
— Не трогать детей, — единственное, что он приказал своим людям, — или вам не сносить головы. Это ясно? — запретить им насиловать женщин Батуй не мог — его просто не поймут, но оградить ни в чём не повинных малышей было ему вполне по силам.
Ослушаться главнокомандующего, слывущего непобедимым, никто не посмел.
— Ты мягок, — к нему подъехал Толуй и чуть насмешливо искривил тонкие губы, узкие глаза хищно сверкнули, — но отменный воин, оттого твой приказ отменять не буду.
Батуй Чёрный склонил голову и молча отъехал к большому дереву с изрезанной глубокими рытвинами корой. Явно зимой кто-то из крупных животных частенько чесали об него рога или точили длинные острые когти.
Так и началось их ""покорение"" мелких застав Англосаксии, иногда удавалось поймать зазевавшихся жителей крепостей, которые не успевали спрятаться за высокими, надёжными стенами и врываться в распахнутые ворота.
