Разрезать живот — вот так, достать ребёнка, живот зашить и приложить ваши ладони, чтобы рана скорей затянулась, — с каждым моим словом глаза Беллы становились всё больше, а я добавила, — у меня есть некоторые знания из лекарской теории, но эти вопросы предлагаю оставить на потом. Сейчас стоит сосредоточиться на более важных делах. Вас отведут в коровник, выберете там самое старое животное и заберёте у него жизненную энергию. Столько, сколько вам потребуется, чтобы полностью восстановиться.
Она поняла меня, но всё же спросила:
— Ваше Высочество, простите, но вам-то что с того?
— Скажу вам честно, мисс Белла, люди, умеющие лечить наложением рук практически любую хворь мне жизненно необходимы.
А что касательно клириков, то их я возьму на себя.
— И вы меня не боитесь? — женщина смотрела на меня с нескрываемым изумлением и даже страхом.
— Нет. Я не боюсь вас, мисс Белла. Я хочу нанять вас, как мастера по врачеванию. И назначить соответствующую вашему труду оплату. В общем, детали потом. И, если мы поняли друг друга, можете идти.
В приёмной вас ожидает человек, он сопроводит и проследит, чтобы никто вам не мешал.
Белла Гронг поднялась со стула, низко поклонилась, видно было, что у неё очень много вопросов, но перечить воле принцессы она не осмелилась, и, чуть припадая на одну ногу, вышла за дверь.
Моё одиночество не продлилось долго. В кабинет вошёл сэр Райт.
— Ваше Высочество, казнь будет совершена завтра ранним утром, пока все будут спать. И священники тоже. Свидетелями выступят стражники темницы.
— Хорошо, — кивнула я, довольная работой помощника, — пусть не забудут накинуть им на головы крепкие мешки.
Для того, чтобы утолить жажду крови Святой церкви я приказала начальнику тюрьмы найти три трупа, схожих фигурами на близнецов и лекарку, и заменить ими детей и Беллу на виселице. Кроме сэра Локвуда и лорда Райта, все, кто был в курсе моей махинации, получили взятку в десять золотых соверенов за молчание. Это была огромная по местным меркам сумма.
Лорд Райт даже предложил убить всех свидетелей, ссылаясь на то, что вечно те молчать не будут.
Мне же никого умерщвлять не хотелось. Я знала, что кота в мешке не утаить и распространение этой тайны — просто вопрос времени. Главное, чтобы именно сейчас они промолчали. Я же воспользуюсь этим временем, чтобы упрочить свою власть на вверенных мне землях.
Рано или поздно церковь и те недалёкие люди, которые пропагандируют суеверия касательно одарённых, падут. С моей скромной помощью.
