Отец неплохо знал младшую дочь, и, пока она жила во дворце притворяться божьим одуванчиком выходило легко и просто. Сейчас же нужно говорить уверенно, желательно правду, поэтому, набрав в грудь побольше воздуха, Лои выпалила:
- Я видела смерть и несправедливость. Видела, как эти люди, - кивок в окно, за которым виднелся Уолсолл, - заживо замерзали в своих домах, не имея возможности согреться. И я решила, что перестану быть комнатным растением. Ещё тогда, в Ландоне на центральной площади, когда я впервые присутствовала на казни, сама себе дала слово не казнить без докозательств.
И эта клятва касалась не только простых людей, но и магов. В самом начале мне очень сильно помог лорд Райт, да и сейчас я без него никак и никуда, считайте, что он моя правая рука вот по сюда, - и она показала от кончиков пальцев до центра груди, - мы обживались здесь, задавались правильными вопросами. Для нас правильными. А потом и решения нашлись, например, помочь магам выжить и дать им приют, работу.
Возможность растить детей в благоприятной среде. И ведь не я сама придумываю все эти вещи, на то есть талантливые ремесленники. Дав им возможность свободно творить, пожинаю плоды. Англосаксия полна самородками, - мополчав немного, Элоиза добавила, - я на многое посмотрела иначе и тогда сама у себя спросила: прожить жизнь по своим правилам или плыть по течению и помереть, не оставив о себе ни единого напоминания.
Мне второй вариант не подошёл. Я выбрала перемены, папенька. И сейчас вы видите результат работы над собой. Больше мне нечего сказать.
Одинокая слеза скатилась по нежной белоснежной щеке и упала вниз, на крепко сжатые в замок ладони.
Сердце Вильгельма дрогнуло, Элоиза говорила то, что чувствовала, без фальши и наигранности. Такие вещи он улавливал сразу же.
- Ты так похожа на мать, - Его Величество встал, опустился перед Лои на одно колено и крепко прижал девочку к груди, - я скучаю по ней.
.. На самом деле она была сильной, но в то же время доброй и справедливой. Любила всех: от простых слуг до меня, короля.... И сейчас ты на неё похожа даже больше, чем раньше. Ты стала другой, но навсегда останешься моей дочерью и ничто этого не изменит.
Глава 27
Интерлюдия
- Папенька, это для вас. Такого ни у кого нет. И мало у кого появится.
