И “Молнии” из глубины Баренцева моря, и “Бриза” с “Белого Лебедя”, и “Воеводы”, и “Тополя”. Ура! Мы нейтрализовали зловредное излучение “Невидимого глаза” и вернули России ракетно-ядерный щит. И, что немаловажно, – меч тоже! Приятно, что я тоже внес вклад в эту работу… И вот 30 декабря – награждение в Кремле.
Ясное голубое небо, солнце, под ногами хрустит свежий пушистый снежок, мы собираемся возле Кутафьей башни и проходим внутрь организованной группой.
Нас всего трое: Юрий Яковлевич, Никонов и я. Ни Гуляев, ни Царьков, ни многочисленные военные в наградной список не попали. Впрочем, когда мы прошли в Георгиевский зал, там оказались еще претенденты – командующий космическими войсками Зыкин, полковник Гнетов с Памира да директор Свр с двумя неизвестными личностями.
Когда стали вызывать для вручения наград, прозвучали их фамилии: генерал Иванников и подполковник Полянский. Последний на этом награждении казался инородным телом: лощеный красавчик с тщательно уложенной прической, в отличном костюме с блестящим отливом, тщательно подобранной рубашечке и галстуке – метросексуал какой-то! За какие такие “боевые заслуги” его наградили?! Скорей всего, вписали в наградной лист чьего-то родственника! А настоящие трудяги остались за кадром: что капитан Синицын с Памира, что неизвестный разведчик из самого логова супостатов…
После награждения был фуршет, но этот Полянский на него не остался.
И хорошо: он мне не понравился».
Ростов-на-Дону – Ницца2006–2012 г."
