Сукин сын! Я бы не против, чтобы он сдох, но терять еще несколько лет своей жизни из-за этого морального урода...
Он того не стоит.
— Эмилия, — тяну за ручку двери. — Малыш, открой.
Дочка открывает и испуганно разглядывает меня.
— Мам, что с твоим лицом? Что с одеждой?
— Без вопросов, родная. Где чемодан?
— Под кроватью, — шепчет дочка.
— Спускайся на цыпочках. А я за тобой. Уезжаем из этого проклятого дома раз и навсегда. Я только кофточку поменяю.
Переодеваюсь за считаные секунды и, достав второй чемодан, впихиваю туда абсолютно все, до чего рука дотягивается.
Сюда я не вернусь. Уж за одеждой тем более. Все это я покупала на свои деньги. Не оставлю ни одного платья дочери здесь.
Через две-три минуты я уже спускаюсь. Дочь стоит у машины, оглядываясь по сторонам. Слава богу, из дома мы вышли незаметно, да и у ворот нет никого, кто мог бы донести хозяевам дома, что мы уезжаем. Положив чемоданы в багажник, я сажусь за руль. Эмилия терпеливо ждет меня в машине.
— Мамуль...
— Все в порядке, — отвечаю, уже догадываясь, о чем она спросит.
Больше она не задает мне вопросов. Мы заходим в квартиру, где будем жить ближайшие несколько месяцев. Потому что идти больше некуда.
Плюхаюсь на диван и потираю лицо рукой. Малышка садится рядом и, положив голову на мое плечо, бормочет что-то невнятное себе под нос.
— Эми, что случилось, родная? — аккуратно спрашиваю, гладя дочку по волосам. — Ты заболела? Плохо себя чувствуешь?
— Нет, — качает она головой. — Просто я думаю... Ты всегда говорила, что папа вернется.
А его все нет и нет. Вот сейчас мы нуждаемся в нем очень сильно. Был бы у меня отец, не позволил бы тому уроду так с нами поступить. Он же ударил тебя? Одежду порвал...
Не позволил бы.
И ты, милая, не знаешь, на что способен тот самый урод. Он нам с твоим отцом жизнь сломал и тебя без папы оставил. Но все наладится. Со временем все сложится у нас прекрасно — и мы будем счастливой семьей.
— Все в порядке, малыш. Не бери в голову. Он всегда был таким грубым. А насчет отца.
.. Он действительно скоро будет с нами.
Дочь поднимает на меня наполненные слезами глаза и смотрит недоверчивым взглядом.
— Обещаешь?
— Обещаю, — целую ее в макушку. — Беги в душ, родная. А потом спать. В ванной, возможно, не так красиво, как в доме Глеба, зато...
— Зато тут уютно и спокойно, — продолжает за меня Эмилия.
— Беги, беги, — улыбаюсь. — Одежду я принесу.
Завтра нужно проснуться раньше и привести квартиру в порядок. Пыли слишком много.
