Поэтому, поднимаю руку, встречая кнут. Если ошибаюсь — лишусь правой кисти. А потом, скорее всего и правого плеча. Но вот, если я прав…
Кисть обжигает болью. Тело пронизывает электроразряд. Бешеный прилив сил. Мышцы разом вспыхивают жаждой крушить и ломать. Чувствую, как затягивается рассечённая ладонь.
Обхватив пальцами кнут, делаю рывок на себя. Впечатываю пятку правой ноги в пах ошеломлённого ""прошки"". Выпустив кнут, хватаюсь за рукоять его ножа, висящего в нагрудных ножнах. Получаю ещё один разряд, из-за чего чуть затормаживаю.
Но всё же всаживаю сталь в боковую часть шеи. Щит не срабатывает на медленно движущиеся предметы и живую плоть. Так что аристократик получает по полной. Проворачиваю рукоять.
И едва не падаю. Бешеный поток силы. Плюс информация. Память. Реальные воспоминания этого парня. Его текущие чувства. Боль. Непонимание. Изумление. Ужас. Он понял, что умирает по настоящему. И больше не вернётся в семейное хранилище, чтобы встать оттуда в новом теле. Я поглощаю его прямо сейчас.
Со всеми потрохами.
Падаю на колени. Твою мать. Это было слишком сильно. Намного жёстче, чем после убийства Лайса.
Рядом валяется труп, под которым растекается кровь. Я же, упираясь обеими руками в пол, стараюсь не упасть лицом вниз. Да сколько ещё меня будет колбасить? Надо убираться, пока сюда не прибежали остальные раххвенцы и наша охрана. Иначе конец.
Что-то мерцает в воздухе и я моргаю, пытаясь убрать текст в сторону. Не получается. Присматриваюсь.
Советник класса ""А"" активирован.
Базовые модули развёрнуты.
Голосовое управление настраивается.
Аналитический блок настраивается.
Блок связи настраивается.
Режим экстренной защиты активирован.
Режим ручного управление активирован.
Время до окончания настройки: неизвестно.
Интерлюдия 1
Долгие годы я бездействовал. Пять с половиной тысяч лет ничегонеделания. Поддержание активности, проверка оружия и техники, физические нагрузки, чтение литературы. Мои создатели не озаботились развлекательным функционалом, так что я занялся им сам.
Пусть я и боевая модель, уникальная в своём роде, но даже самому упёртому военному нужно чем-то заниматься, если перерыв между заданиями оказывается больше пяти тысячелетий.
Я хорошо помнил заложенный в меня приказ. Найти и соединить десять частей программного кода, написанного на энфисе. Сейчас в моих руках восемь. Осталось две. Но ни одна из них не появлялась на экранах радаров уже очень давно.
