Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Пробитые головы, прокушенные шеи, лужи засохшей крови — все это нагоняло предельно мрачные мысли. А чего только стоили мерзкие вороны, поклевывающие глаза и мягкие ткани лиц умерших. Птицы смотрели на людей нагло и с вызовом, без капли страха. Конечно, чего им бояться. Погонят с одного места — перелетят на следующее, еды кругом полно. У них сейчас начнется невиданный пир.

— Но-но, только не сдохните от обжорства, — пробурчал Терри при виде очередных представителей врановых — галок. Те, хоть и были мельче и милее, тоже не упускали возможности причаститься к падали.

Полицейские сирены в городе почти не выли, выстрелы слышались очень редко, и Терри все задавался вопросом — почему Дюссельдорф сдался без боя, и как же дела обстоят в других городах Европы? То, что находилось за ее пределами, его не волновало.

Вдалеке замаячил хорошо знакомый пустырь с клубом.

— Треть прошли, — известила Керстин.

— Там вроде никого, правда?

Пустырь отсюда казался совсем безлюдным и безжизненным. Терри неумолимо потянуло туда, телефон как-то сам перекочевал из кармана в руку.

Он набрал номер Питера, ожидая услышать частые гудки, но вместо них из трубки донеслись нормальные! Но, увы, безответные. Минутку, да ведь связь появилась!

Пока Керстин настороженно озиралась, Терри вызванивал приятелей, всех по очереди. К сожалению, никто из них не ответил. Затем наступила очередь Керстин — с ее родителями вышло совершенно то же самое, никто не снял трубку. В отчаянии Терри набрал номер Керстин, телефон сразу зазвонил — сеть, выходит, работает нормально.

Что, неужели все так плохо? Все мертвы?

— Ты хочешь идти туда, в клуб?

— Только на минутку. У меня ведь там друзья остались… Нам совсем не по пути туда, да?

— Наоборот, — криво усмехнулась Керстин и с видимой неохотой призналась. — Так мы здорово срежем. Но давай договоримся сразу, на берегу — мы не задерживаемся там дольше, чем на пару минут.

— По рукам, — сходу согласился Терри.

Перебежали дорогу, притаились за пустым киоском и тревожно заозирались, но напрасно — никого.

Безлюдье уже начинал пугать, ситуацию немного разбавляло лишь то, что где-то вечно вдалеке то и дело проносились машины да кто-то постреливал. Было бы здорово, если бы это делали полицейские или военные.

В клубе царила страшная разруха — все было перевернуто вверх ногами, там и сям лежали мертвецы, один из них так и остался сидеть за барабанной установкой, со сломанной шеей, уткнувшись лицом в самый маленький том-том.