– Не понял… – удивился я. – «Шестидесятый»?
– Так точно, «шестидесятый», – подтвердил он. – Камазовское двигло стоит, двести семьдесят сил. Я с ума пока не сошел вроде.
Стоявший рядом Шмель тоже опешил несколько. Почесал в затылке, пожал плечами, сказал, что, наверное, какая-то модернизация. Ну тут он Америки не открыл, иначе это не объясняется. Прояснил все Николай, слышавший разговор.
– Это в Арзамасе переделывать стали, таких много в нашем направлении возили, – сказал он. – Сам пару раз платформы с такими гонял.
Их как раз по складам и сгружали потом, на случай великой войны или на экспорт.
– А ну-ка… – не выдержал я."
"Снаружи вроде и не изменилось ничего, а вот внутри было отличий много. Например, вместо старой «раз-два-третьей» радиостанции стояла новая, Р-173М. Башня, на первый взгляд обычная, на самом деле была от «восьмидесятки», из нее можно было даже по самолетам стрелять, если попасть надеешься. А самое главное – для городских боев это неплохо, можно по верхним этажам лупить.
Вместо старых сидушек, от которых задница болит, появились новые, удобные, и установлены, как в «семидесятке», лицом к бортам, чтобы стрелять можно было. Ну и приборы наблюдения новенькие, это сразу видно. Вот так, прооперировали «старичка». Хотя главный недостаток на месте остался – люки только в крыше, под обстрелом выбираться – ну его на хрен. А те, что в бортах, больше на насмешку похожи.
– «Мазута», запас хода теперь какой у него, а? – спросил я, высунувшись из командирского люка.
– Верст шестьсот, наверное, – задумчиво ответил Мишка.
– Прикидочно, если увеличенные баки не поставили.
– Там еще соляра в бочках есть, – указал рукой Саня на открытый склад неподалеку. – Можем на цепи две взять по бортам, тогда вообще далеко хватит. И бензин есть, – добавил он, перехватив мой взгляд.
– А чего тогда стоите? – вскинулся я. – Бегом обеспечили погрузку! Хоть зубами поднимайте. А то сейчас припрется кто, а у нас еще конь не валялся.
Так скомандовав, сам пошел к «бардаку», а если точнее, то к подрывной машинке.
Состав ушел со станции примерно минут через двадцать. Куча людей на платформе, махавших нам руками, на последней стоял бронетранспортер, уставивший стволы пулеметов на лес. Мы остались одни. «Бардак» так и прикрывал подходы к станции, а на бэтээр с кряхтением и матом грузили бочки с соляркой, каждая по четверти тонны весом. Однако и с этим справились, дополнительных четыреста литров взяли. Противник же пока не показывался.
