Эра мангуста. Том 4

В нашем доме уже вставили новые окна, навесили дверь, убрали весь мусор. О произошедшем напоминала только копоть в прихожей, которую старательно отмывали близняшки, и отсутствие мебели.

В очередной раз ополоснувшись, мы с Наташей пошли спать. Каждый в свою спальню.

Утром меня, Надю и Наташу вызвали в деканат. Так что, вместо первого занятия мы пришли в кабинет, которого боялись почти все студенты. Обычно вызов туда приводил к отчислению, за очень редким исключением. Неужели они посчитали, что мы виноваты во вчерашнем взрыве?

Нас встретил Гендальф, как я его называл про себя и кругленький невысокий мужчина.

Он представился бароном Аистовым, и начал с места в карьер:

— Меня сегодня вызывал к себе следственный комитет и сообщил о вчерашнем неприятном инциденте. Я весьма сожалею о случившемся, и пришёл предложить вам всем компенсацию. Насколько я выяснил, вы все трое близки друг к другу. Это так?

Я согласно кивнул, с интересом ожидая продолжения. Похоже, отчислять нас не будут.

— Так вот, моё предложение — я снимаю вам лучший жилой особняк этой академии.

Само собой, предоплаченные деньги за ваше текущее жильё академия вам вернёт! Их всего шесть, лучших домов, и редко кто может себе их позволить! Соответственно, я оплачиваю ваше проживание в нём на весь срок обучения! Как вам такая идея?

— А что взамен? — поинтересовался я.

— Сущий пустяк, — отмахнулся кругленький человек. — Вы просто не станете распространяться о подробностях вчерашней трагедии. Точнее, даже не о ней самой, а об участии как бы нашего человека в ней.

Ерунда же? Зато какой профит!

— Вы серьёзно считаете пустяком то, что я чуть не погиб, мой друг погиб, моя невеста чуть не погибла, спасая моего друга? Это ерунда? — рявкнул я."

"— Что вы, вы не так поняли. Ерунда это то, что просто не стоит об этом распространяться, во всяком случае, пока СК не доказал нашу непричастность. А он её докажет, я уверен! Просто нарабатывается репутация годами и даже веками, сами понимаете!

— Хорошо, — вдруг внешне успокоился я, внутренне усмехаясь.

 — Дом для нас и пожизненный дисконт в ваших магазинах. Во всех и всем троим. И всё это при свидетельстве деканата.

Аистов на секунду задумался, потом без спроса взял со стола ректора лист бумаги и ручку. Что-то быстро написал, расписался внизу и протянул бумагу Гендальфу.

— Если не затруднит, завизируйте мою подпись под обязательствами, — попросил он. Хотя это выглядело, как приказ.

Гендальф расписался и протянул бумагу мне.