Эра мангуста. Том 4

Нам вручили медали, какие-то грамоты, что-то говорили, но я уже плохо воспринимал происходящее. В голове звенели колокола, она кружилась. В мозгу осталась одни мысль: надо найти доктора.

А дальше был провал в памяти, я постыдно шлёпнулся в обморок на виду у всего стадиона.

В себя пришёл в той же палате, которую покинул утром, в мозг вкручивали сверло, во рту, казалось, играли кошачьи свадьбы.

Я со стоном открыл глаза, и увидел перепуганное лицо медсестрички. Увидев, что я очнулся, она подорвалась и выбежала из палаты.

Вскоре раздался топот ног, и в палату ввалилась Алина, старик и незнакомый мне маг, явно доктор. Они обступили мою кровать.

— Как ты себя чувствуешь? — как сквозь вату донесся до меня голос врача, высокого блондинистого жилистого мужчины лет пятидесяти. — Прости, воду тебе нельзя.

— Что со мной? — пересохшее горло не хотело выдавливать из себя слова, и потому вместо фразы вышло неразборчивое карканье, но меня поняли.

— Ты был проклят, — за доктора ответил Сергеевич. — Отложенным проклятьем. Оно срабатывало только тогда, когда этого желал тот, на кого оно завязано. Такие проклятья невозможно обнаружить до их активации. И, похоже, оно было завязано на кого-то из тех, кто попал сегодня под гнев Кречета. После смерти которого оно активизировалось. Спасибо провидению, рядом была Наташа, которая тебя воскресила, и личный имперский лекарь Подорожников Борис Сергеевич, который тебя восстановил. Так что ты им жизнью обязан, без прикрас.

Я тут же вспомнил Надино предостережение о том, что я отравлен. Похоже, это было не шуткой. Я попытался сглотнуть вязкую слюну и закашлялся. Серые глаза мага приблизились, руки засветились зелёным. Моей последней мыслью было «у врачей же белая магия! Может, это не врач?».

Второй раз я пришёл в себя, когда за окном уже было темно. Рядом не было никого, но пить хотелось смертельно. Полцарства за глоток воды! Оглянувшись, я увидел графин с желтоватой жидкостью и пустой стакан рядом.

Очередной раз я проснулся на самом рассвете. Чувствовал себя относительно хорошо. Рядом стоял уже знакомый мне сероглазый доктор с необычной зелёной лечебной магией.

— Ну что же, голубчик, — док тряхнул светлой шевелюрой. — Поздравляю, жить ты будешь, а вот как — зависит от тебя. Ладно, шучу я так.