Потом закричал: «Давай сюда ключи от своей!» Он никогда на меня раньше не кричал, поэтому я испугалась и сразу отдала ключи, хотя и не поняла, зачем они ему нужны. Потом Андрей крикнул: «Сиди здесь!» и кинулся обратно. К Серебрякову.
Я отвернулась, чтобы ничего этого не видеть. И заплакала. Но драться они не стали. Андрей вскоре вернулся и повез меня в Зеленоград.
– Дальше, – нетерпеливо сказал Алексей.
– Андрей начал грязно ругаться. Я ни разу не слышала, как он ругается, и все время боялась, что он меня ударит. Но он этого не сделал.
Дома я спросила только: «Что же теперь будет?» Андрей сказал, что теперь это его дело и велел мне сидеть дома, никуда не выходить и никому не звонить. Потом выдернул с корнем телефонную розетку и забрал мой мобильный. Ключи от квартиры тоже отобрал. И скрылся в своей комнате. Я ревела на кухне. Потом услышала, как хлопнула входная дверь. Он меня запер. Я страшно испугалась. За мужа, конечно. Андрей… Он…
– Был настроен решительно. Так?"
"– Я не верю! Он никого не убивал! Вернулся домой поздно, после полуночи, злой, из куртки выдран клок.
Ничего объяснять не стал, мы с того дня вообще разговариваем только при сыне. Стараемся создать видимость нормальных отношений. А утром в «Новостях» передали, что убит крупный бизнесмен Александр Серебряков и что убийство, судя по всему, заказное. Я нашла в себе силы, чтобы позвонить Ирине и узнать, когда похороны. В конце концов, нам нечего больше делить. Андрей отвез меня на кладбище. Вот и все.
– Скажите, Лада Анатольевна, что вы чувствовали на этих похоронах?
– Как ни странно, облегчение.
Страшно говорить, но так лучше для всех нас. Как только подумаю, чем все это могло закончиться, становится не по себе.
– А вы уверены, что вообще его любили? Серебрякова?
– Трудно сказать. Потом, когда я испугалась за Андрея, то все поняла. Я любила Сашу только один день, тогда, в мае, а Андрея всю свою жизнь. Это разная любовь. Без мужа для меня жизни нет. И без семьи. Я уверена, Андрей никого не убивал. Я буду на этом настаивать.
– Ваши показания вряд ли примут во внимание.
– Я все продам. Найму лучшего адвоката. Лишь бы только его спасти.
– А где сейчас ваш муж, Лада Анатольевна?
– На работе, наверное. Он ведет себя так, как будто не имеет к этому убийству никакого отношения: встает, как обычно, занимается делами, много времени проводит с Алешкой. Да что я говорю? Все время, когда дома, только с ним и проводит! Я как чужая. Машина моя исчезла, я даже не решаюсь спросить, где она.
