Все остальные – его слуги. Но…
Красивая жизнь его отторгала. Как инородное тело. Неудачник завидовал всем, кому повезло. Чужой кусок всегда слаще, чужая постель мягче, а чужая жена желаннее прочих женщин. Паша страдал и делал долги. Вот-вот он выкрутится, и ему непременно повезет. Будут деньги, много денег. Будет своя собственная фирма. Ему давали, ибо созданный Пашей имидж служил гарантией возврата. Такой шикарный парень! На такой машине! С такой блондинкой на переднем сиденье! Ну разумеется, отдаст. Он перезанимал у одних знакомых, чтобы отдать другим, потом перезанимал у тех, кому только что отдал, и в итоге очутился в кругу одних только кредиторов.
И, естественно, самым крупным был его шеф и друг детства Александр Серебряков."
"Самое скверное, что тот его быстро раскусил и не упускал случая лягнуть в больное место. Мол, богатый бедняк. Уступи любовницу со скидкой, как подержанный товар, когда начнется распродажа имущества. А до этого недалеко. Сначала Сашка давал деньги легко и отмахиваясь: какие, мол, с друзей проценты! Тем более, что начинали они вместе, и Паша поначалу вложил в фирму собственную наличность.
Скоро его потребности превысили доходы, и деньги свои он постепенно изъял из оборота, о чем потом жалел до умопомрачения, ибо обороты фирмы росли. Серебрякову же это было на руку. Над Пашей он тайно смеялся. Вот ведь нет у человека терпения! Подожди годик-другой, и все будет твое. Машины, квартиры, блондинки, брюнетки. Терпения нет.
Выкупив его долю, Серебряков стал единоличным хозяином фирмы.
А спустя какое-то время стал брать с бывшего друга немалые проценты. Ибо дружба между ними давно уже кончилась. Паша дернулся было туда-сюда, пробовал стать в позу, но Серебряков держал его на коротком поводке. Паша не мог уйти из фирмы, не мог найти другую работу, за которую платили бы больше. Его зарплату Серебряков устанавливал сам, а он не любил переплачивать. Так тянулось довольно долго, и Паша смирился. Серебряков держит его долгами, чтобы работал на фирме. Но топить не станет.
Паша нужен фирме. У него знания, опыт. Все утрясется. Но тут, совсем некстати, Нора попросила новую шубу: «До зимы рукой подать, – сказала она. – Ты же не хочешь, чтобы рядом с тобой шла облезлая обезьяна?»
До облезлой ей было далеко и в старой шубе. А что касается обезьяны… До нее у Паши было много девушек. Это было важной составляющей его имиджа – блондинка на переднем сиденье машины. Надо одевать ее так, чтобы все поняли: у парня есть средства.
