А бабок как не было, так и нет, – ехидно сказала хозяйка квартиры.
– Хватит паясничать! – рявкнул Леонидов. – Сядьте!"
"– Испугалась! – огрызнулась Лана, но присела напротив. Глянула на него с откровенным презрением: – Ну?
Он достал папку, собираясь и в самом деле записывать все, что она скажет. Пятьдесят тысяч долларов – это вам не шутки! Из-за них и убить могли!
– Долго же вы меня за нос водили, Светлана Анатольевна. Значит, остались без средств к существованию? Всеми покинутая?
– Что ты несешь? Ох, простите, уважаемый Алексей Алексеевич! Какой такой навар я получила со смерти Серебрякова?
– Да приличный, если верить полученным мной из верного источника сведениям.
– Эта крашеная дрянь – верный источник?! Да она соврет – недорого возьмет! Дешевка!
– Вы были со мной откровенны, когда рассказывали о вечере двадцать девятого августа?
– Куда уж откровеннее!
– Вы уверены?
– Все, что хотела сказать, я сказала.
– Да. Но кое о чем вы почему-то предпочли умолчать.
– Не понимаю я, чего тебе надо, мент? Что ты все время в душу ко мне лезешь? Есть вещи, в которых женщина не хочет признаваться, тем более мужчине, если хочет понравиться.
Но которого презрительно называет ментом. Значит, Светлана Анатольевна взялась эксплуатировать его светлые чувства. Как это мило!
– Я тронут, – вздохнул Леонидов. – Знаете, что я больше всего ценю в женщинах?
– Ну? – подалась вперед Лана, и ее упругая грудь едва не вывалилась на стол.
Алексей скользнул по ней безразличным взглядом и сказал:
– Когда они говорят правду.
– Хам!
Лана откинулась назад и потянулась за сигаретами, лежащими на подоконнике. Пока девушка прикуривала, Алексей отметил, что ее темные волосы растут странно, образуя на лбу треугольник, вершина которого находится чуть ли не над самыми бровями, а основание переходит в сальную гриву. Проблема с волосами, понятно. Такие надо мыть чуть ли не каждый день. Не успела, не подготовилась.
И под тщательно выведенной линией черных бровей появились отдельные волоски. Черные. Которые каждый день надо выщипывать, иначе выглядит неопрятно.
«Тоже мне, красавица! – презрительно подумал он. – И как Серебряков ее не разглядел? Или разглядел?»
– Так я жду, Светлана Анатольевна. Терпеливо жду, когда вы мне начнете рассказывать, куда делись деньги и почему Серебряков вез их вам, – наугад сказал он.
– Не знаю я ни про какие деньги.
