Эркюль Пуаро

Его автомобиль – дорогой «Мессарро Грац» – функционировал не с тем механическим совершенством, какого сыщик ожидал от автомобиля. Его шоферу, молодому человеку, получающему приличную зарплату, не удавалось его наладить. Автомобиль окончательно отказал на местной дороге в полутора милях от всякого жилья во время начинающегося снегопада. Эркюлю Пуаро, обутому, как обычно, в щегольские лаковые туфли, пришлось пройти пешком эти полторы мили, чтобы добраться до деревушки Хартли-Дин у реки – деревушки, которая была весьма оживленной в летнее время, но совершенно вымирала зимой.

В «Черном лебеде» появление постояльца вызвало нечто вроде смятения. Хозяин был почти красноречив, объясняя клиенту, что местный гараж мог бы предоставить автомобиль, на котором джентльмен сможет продолжить путешествие.

Эркюль Пуаро отверг это предложение. Его европейская бережливость была оскорблена. Нанять автомобиль? У него уже есть автомобиль – большой и дорогой. На этой машине, и ни на какой другой, он намерен вернуться в город.

И в любом случае, даже если ее быстро починят, он не собирается трогаться в путь в снегопад до следующего утра. Пуаро потребовал номер, камин и еду. Вздохнув, хозяин проводил его в номер, прислал горничную развести огонь, а потом вернулся, чтобы обсудить с женой проблему еды.

Через час, вытянув ноги к приятному теплу камина, Эркюль Пуаро снисходительно вспоминал ужин, который только что съел. Правда, стейк был жесткий и жилистый, брюссельская капуста – бледная и явно водянистая, а картофелины в середине твердые, как камень; не слишком вкусным оказалась и порция тушеных яблок с заварным кремом, последовавшая за ними.

Сыр был жестким, а сухое печенье – мягким. Тем не менее, думал Эркюль Пуаро, милостиво глядя на языки пламени и маленькими глотками прихлебывая из чашки жидкую грязь, именуемую здесь кофе, лучше быть сытым, чем голодным, а после прогулки по проселочным дорогам в лаковых туфлях сидение у камина казалось раем!

Тут в дверь постучали и вошла горничная:

– Сэр, пришел человек из гаража и хочет вас видеть.

– Пускай поднимается, – любезно ответил Эркюль Пуаро.

Девушка хихикнула и ушла. Сыщик добродушно подумал, что ее рассказ подругам о нем послужит им развлечением на много грядущих зимних дней.

В дверь еще раз постучали – стук был другим, – и Пуаро крикнул:

– Войдите!

Он с одобрением взглянул на вошедшего и сразу остановившегося молодого человека; тот выглядел смущенным и мял в руках кепку.