– Будешь ходить с синими волосами до конца семестра! – Помолчала и добавила: – Если они вообще у тебя останутся! И если ходить будет чем!
Ее пыл куда-то пропал, и она испуганно шарахнулась от меня в сторону, попытавшись при этом сбить с ног Грету. Но сделать это было не так-то просто – подруга на ногах стояла устойчиво.
– Слушай, Лиза, – напористо сказала та, хватая Фогель за рукав и не давая ей тем самым совершить стратегическое отступление, – я давно хотела тебя спросить, но как-то повода не было. У тебя кто из родных занимается ментальной магией?
– Бабушка, – испуганно проблеяла моя противница, пытаясь прикрыться от меня Гретой.
– А чего это ты вдруг интересуешься?
– Интересно, кто на тебе опыты проводил. Наверное, у твоей бабушки переизбыток внуков, – вместо подруги ответила я.
Злость моя никуда не делась и требовала выхода, хотя вид испуганной противницы несколько остудил желание окрасить ее прямо сейчас.
– С чего ты решила, что она на мне опыты проводила? Я вообще у нее единственная внучка!
– Осталась? – ехидно уточнила Грета.
– Остальные полностью израсходовались при поиске истины?
Фогель страшно возмутилась, при этом у нее пропал не только дар речи, но и страх. Она смерила подругу презрительным взглядом, вырвала у нее свой рукав и ушла. Грета закрыла за ней дверь и повернулась с торжествующим лицом.
– Слышали? Ментальной магией у нее занимается бабушка! Я думаю, она могла поделиться заклинанием с единственной внучкой!
– Магов-менталистов, выживших из ума, держат в специализированных лечебницах, – ответил ей Марк.
– А если бабушка еще в маразм не впала, помогать внучке запрещенными заклинаниями не будет. У меня после появления вашей Фогель возникли другие вопросы. Связанные с твоей подругой.
Грета удивленно посмотрела на Марка, но почти тут же ее лицо озарилось пониманием.
– Действительно, Марк, как это я сразу не отметила? – сказала она. – Эрна, а с каких пор ты стала считать Штадена мужем? С чего ты вдруг начала его защищать? И почему ты вообще решила, что эта защита ему нужна?
Ни на один из ее вопросов у меня ответа не было.
Глава 36
На следующий день Олаф всячески показывал, как ему плохо. И хотя его челюсть наши целители зафиксировали силовым каркасом и обезболивающее заклинание наверняка нанесли, он постоянно потирал пострадавшее место, морщился и выразительно постанывал. Фогель сидела рядом с ним, выказывала живейшее участие и отвлекалась от утешения страдальца, лишь чтобы бросить в нашу сторону испепеляющий взгляд.
