Брачную татуировку пока я успешно скрывала, но браслетов пришлось купить еще – не для всех нарядов нашлись подходящие.
Глава 4
На занятия я ехала с радостью, не только потому, что наконец увижу Олафа, воображение которого собиралась поразить, но и потому, что наконец вырвалась из цепких сестринских рук. Как назло, первым из знакомых, кого я увидела по приезде в академию, оказался Штаден. Приподнятое настроение, возникшее от мысли о скорой встрече с тем, ради кого я испытывала муки ношения корсета, медленно, но неуклонно поползло вниз.
Барон окинул меня взглядом с ног до головы и выразительно поднял левую бровь:
– Штерн? Глазам своим не верю. Какое преображение! Тебя в вашей деревне пугало ограбило, а ты отбиться не смогла? Бедная, какой у тебя, наверное, был шок! Надеюсь, лекари душ уже оказали тебе необходимую помощь?
– Штаден, держался бы ты от меня подальше, а то мое терпение не безгранично, – не выдержала я, обходя его по широкой дуге.
Он гадко хмыкнул и пошел по своим делам. А я направилась в свою комнату, к Грете.
Подруга уже день как приехала, и ее многочисленные наряды украшали все поверхности нашей комнаты.
– Эрна! Ну наконец-то! Как практика?
Ее вопрос окончательно испортил мне настроение, и так пошатнувшееся после встречи с «мужем». Мне сразу вспомнились мой глупый поступок в Борхене под виселицей и нерешенный вопрос с разводом.
– Да как она может быть в компании Штадена? – не выдержала я. – Лучше про свою расскажи.
Зря я это сказала. После моих слов на Гретином лице проступило жадное любопытство, и я поняла, что сейчас и она примется меня мучить.
– Ты со Штаденом ездила? – завистливо простонала подруга. – О, как бы я хотела быть на твоем месте! Про него такое рассказывают! Он к тебе приставал, наверное?"
"– Я не в его вкусе, – мрачно сообщила я. – Он меня назвал толстой деревенской дурой.
– Да? – с сомнением посмотрела Грета. – С чего бы это вдруг?
– У него спроси.
Я вспомнила недавнюю встречу с самодовольным хамом, который для меня даже слов приветствия не нашел, и мне так обидно стало, что голос дрогнул, а на глаза навернулись слезы.
– Тебя это так расстроило? – участливо спросила Грета.
– Меня? Расстроило? Мне вообще его мнение не интересно! Грета, он меня так довел за практику, что меня трясет от одного его имени. Давай поговорим о чем-нибудь другом. Более приятном.
– Кстати, о приятном, – оживилась подруга, – Олаф заходил, спрашивал про тебя. Думаю, как он тебя в этом платье увидит, так вообще голову потеряет.
