Эротические страницы из жизни Фролова

- Я из-за этих трусов только что чуть сквозь землю не провалился, - зло сказал он Ирине по возвращении домой. И рассказал все, как было, не утаивая ни единой мелочи. Но Ирка от его рассказа так расхохоталась, что вскоре и он успокоился. И смог нормально поесть.

- Господи, какой же ты у меня… неумеха, - то и дело продолжала посмеиваться над ним жена, и ему показалось, что она, наконец, полностью отошла от мучивших ее призраков.

На следующий день Решетилова и в самом деле пришла на работу в брюках, но коробка так и не понадобилась ей, и она за целый день так и не подошла к его столу ближе, чем на пять метров, и ни разу не прицелилась в него своим огнестрельным взглядом.

- Так ну что? Идем?

- Да. Я тоже уже.

- Тоже уже?

- В смысле закончил.

- Ну тогда пошли.

Их контора располагалась совсем недалеко от его дома, и он всегда ходил пешком, даже когда очень спешил, поскольку никакого удобного транспорта все равно не было.

- Мне называть тебя при ней на ""вы"" или как?

- Лучше на ""ты"", как и называешь. Она вообще не любит притворства.

- Хорошо. А ты не врешь, что она сейчас дома?

- Не вру.

Она шла независимой от него походкой, той самой, на которую обычно оглядывается большинство встречных прохожих мужской национальности. Изящную сумочку, накинутую тонким ремешком на плечо, она так же изящно придерживала рукой, а тонкие и длинные пальцы с коротко остриженными ногтями каким-то странным образом создавали впечатление почти детской невинности.

Только у самого дома ее походка вдруг изменилась, стала неуверенной, будто она забоялась споткнуться. А потом она и вовсе остановилась.

- Знаешь что. Я не пойду.

- Почему? Мы же уже совсем пришли. Вот мой дом.

- Не пойду. В другой раз.

Он стоял в полной растерянности, не зная, какие слова он теперь должен говорить.

- Ну хорошо. Я приду отдельно, - вдруг как бы согласилась она. - Через пятнадцать минут. Какой этаж?

- Шестой. Вон в том подъезде. Квартира семьдесят один.

- Ну иди.

А сама направилась на другую сторону улицы. Вернувшейся к ней роскошной походкой неотразимой девственницы.

Он понял, что сегодня ее уже не увидит. Ну и ладно. Вот только Ирка снова поднимет на смех.

Ирка на смех не подняла. Только спросила ехидно:

- Мне пойти привести ее самой?

- Как хочешь.

- Ну что ж, пойду.

- Куда?

- Она в кафе напротив.

Конечно. Она все видела из окна. И увидела небось больше, чем он с тротуара.

- Не надо.