Эротические страницы из жизни Фролова

Парень ему тогда очень понравился, хотя общались они в общей сложности минут двадцать, не больше, суть задачи объяснял очень толково, видно, что работу свою любил, а к фроловскому шлифаппарату сразу проявил небывалый интерес, мгновенно сообразив, с чем и с кем имеет дело. Ему было лет двадцать восемь-тридцать, избытком аппетита он по-видимому не страдал, к спорту если и имел привязанность, то разве что к шахматам. Если начнет бузить, - показал он взглядом жене, - я его быстро успокою, прежде чем мы отсюда уйдем.

- Тоже Витя, - представила Катька как бы неожиданного пришельца, хотя и Виктор, и его жена сразу ощутили или, по меньшей мере, вычислили ее неискренность. - А это Ирина, жена Виктора. С Виктором ты знаком.

Что касается очкарика, то для того чужое присутствие явно оказалось значительно более неожиданным, чем для них его. Он почувствовал себя крайне неуютно, даже сделал вид, что он только на минутку и сейчас уйдет. Его неловкость даже усилилась, когда Катька усадила его за столик рядом с собой.

А он все-таки довольно симпатичный, - вдруг пришло Виктору в голову оценить очкарика как бы Иркиными глазами. - Очень даже.

Напряжение слегка спало, когда они опрокинули по рюмке и отметились несколькими дежурными шутками по поводу Катерининых безделушек. А после второй мужчины заговорили о работе, и с очкарика неловкость как рукой сняло.

Катька поняла, что Виктор с женой сразу ее вычислили и стала чуть ли не неистово обхаживать их, чтобы сгладить свою вину и не дай бог не спугнуть в своей, пока не совсем ясной для них, игре.

Тем не менее, благодаря стараниям Катьки, господина Немироффа и еще какого-то молдавского предприятия, заседание постепенно перешло в русло обычной веселой вечеринки, свободной от излишней скромности и закомплексованности; шутки и остроты стали приобретать сначала слегка неприличный, а затем откровенно сексуальный характер, Катька совсем перестала следить за своими коленями и полами своего короткого халатика, то и дело сверкая белым треугольничком трусиков, и даже Ирка пару раз влезла себе под кофточку и по домашнему, но с явно преднамеренным изяществом, подправила грудь, будто что-то ей туда постороннее попало.

Пришла очередь магнитофона, - полились медленные мелодии, одна в одну, явно заранее подобранные в одну кассету.