Онлайн-библиотека книг
И как бы поднимает все тело… так высоко, что дух перехватывает от страха, - кажется, что такой высоты в нормальной природе не бывает… выше собственной собственности… выше всего себя в ощущении того, что ты - это я и есть, воплощенный еще и женщиной… во времени мира, - не в моем личном, а именно во времени мира… чтобы увидеть или узнать что-то там, впереди, за пределами собственной жизни и смерти.
Он замолчал, не умея продолжить, - не знал слов, какими мог бы выразить то, чего еще не сказал.
- А воображение предстоящего процесса?
- Это воображение чего-то другого, что знает только мое тело, и что совсем не знакомо моим мыслям и моему сознанию, но незнакомо так, что вызывает в нем не желание узнать неведомое, а наоборот, страх оказаться осведомленным…
- И ты выбрал страх?
- У меня не было другого выхода, доченька.
- А часто на тебя… находит?
- Нет. Не успею подумать, как во мне просыпается какой-то далекий родственник, - кто-то из моих предков, - не умеющий ни говорить, ни слушать, но ясно дающий понять, что ты запрещенная, что если я это стану делать, то могу узнать какую-то страшную тайну, которую людям не положено знать.
Она удивленно подняла не него глаза, будто осененная какой-то догадкой, потянулась к нему, приложилась грудью к его груди, и тихим, таинственным шепотом спросила:
- Может, это они там как раз об этом и разговаривают?
- Да. Может быть.
- А с мамой?
- У нас с мамой такого никогда раньше не было. Только вот совсем недавно… что-то подобное случилось. Один раз. Я еще не понял - что.
- Как это? - удивилась она. - Совсем не разговариваете? А что же вы там делаете?
Он с не меньшим удивлением уставился на нее, будто соображая, что же они с мамой там на самом деле делают.
- Не знаю… Наслаждаемся прикосновениями…
- И все?
- Нет, наверное. Что-то еще. Не знаю, правда.
Она вдруг резко сменила тему:
- Слышишь, пап, а мама с Сережкой не того?.. Ну… как я с тобой.
- Нет.
- А она тебя не обманывает?
- Ну что ты, конечно не обманывает.
- Ни с чего. Просто.
- Вот ты и обманываешь.
- А ты ей не скажешь?
Он промолчал, испытывающе глядя ей в глаза.
- Я видела, как Сережка ее обнял.
- Ну и что?
- Он положил щеку на сиску.
- Голую?
- Почти. У нее рубашка так случайно натянулась. До самого соска. Вот тогда он обнял и приложился.
- Это при тебе?
- При мне.
- И что?
- Она ему волосы стала гладить. Очень ласково. А потом еще и легонько прижала к себе.
