Эротические страницы из жизни Фролова

И когда брились, все там внутри заходилось дрожью. Он какой-то возбудитель, наверное, подмешал. Ты слышал, как он про уколы рассказывал? Точно что-то подмешал, гад такой. Мне теперь вообще очень хочется. Такими волнами. То просто хочется, то невмоготу. Можно я в яську палец засуну?

- А ты так делаешь?

- Иногда. Все девчата так делают. Мастурбацией называется.

- И тебе не больно?

- Больно. Но я представляю, что это твой палец, и боль сразу проходит.

Она его совсем не стеснялась. Прикрыла глазки и глубоко задышала…

Дочка, доченька…

Он тоже закрыл глаза от стыда.

И уткнулся лицом в подушку. Но мешать ей не стал… Конечно, они все так делают. Кто-то меньше, кто-то больше. Он и сам в детстве был не без этого греха. Но как она может это при отце? Ей и в голову не пришло выйти в ванную или еще как-то уединиться. Что все это значит? Что вообще с ними происходит?

- Ой, так еще хуже. Папа, а у нас есть какие-нибудь таблетки, успокоительные?

- Сейчас, доченька. Сейчас посмотрю.

Черт его знает, какие из них успокоительные.

- Не знаю, Свет. Это мама разбирается. Может анальгин подойдет?

- Ладно, пусть. Не надо. Немного проходит. Мне просто нельзя туда лазить. Иди сюда, мне так лучше, когда ты совсем рядом.

- Не болит?

- Нет. Я ведь говорила, - тебя воображаю. Сознанием. И всем телом тоже.

- А… кого-то другого пробовала?

- Да. Толика, например. Сжимается. Очень сильно. Иногда сразу не пускает, а иногда после того, как глубоко засуну. Очень больно. Папа, а у Лены тоже как у меня?

- Да. Было раньше.

- А сейчас?

- Сейчас нет.

- Откуда ты знаешь?

- Знаю.

- Это… ты ее вылечил?

- Да.

Она мгновенно вся подскочила и уставилась на него:

- Честно? Ты с ней… любился!? Прям как со мной?

- Да.

- И у нее прошло?

- Прошло.

- Совсем?

- Совсем. Ты же видела ее Бориса. У нее с ним все еще медовый месяц.

Она опрокинулась на спину и разбросала по сторонам руки и ноги. Закрыла глаза и заулыбалась:

- Класс. Значит, и у м е н я в с е п р о й д е т…

И так лежала молча несколько минут, совсем расслабленная и отрешенная, что-то хорошее переживая внутри себя.

Потом вдруг, не открывая глаз и губ, спросила:

>А мама знает?

>Знает.

>Класс. И не ревнует?

>Нет. Мы же родные.

Теперь уже он подскочил, как ужаленный, и удивленно уставился на нее.

>Что? - невозмутимо осведомилась она. - Ты тоже меня слышишь, да?

- С-слышу.

>Честно?

- Честно.

>Тогда обними и поцелуй меня, чтобы я в это поверила. Крепко-крепко, как маму.

Он обнял и поцеловал ее. Крепко-крепко.