Эротические страницы из жизни Фролова

более сильными, и ему вдруг почудилось, что под ним сейчас не только мама с Иринкой, но и его Светланка, с ее нежным пушком на лобке и набухшими в виде конусов сосками и ему стало от этого страшно, он вздрогнул, будто пронизанный током, вскинулся и открыл глаза…

Иринка тоже замерла, и тоже испуганно вскинула на него широко открытые веки.

- Что? Что, милый?

Тревога в ее шепоте вернула его к реальности, он тут же вспомнил, что она только что из-под другого мужчины и у него заныло в груди…

- Как ты? - спросил он тоже шепотом.

- Ничего.

Она поняла, о чем он спрашивает, и добавила:

- Хорошо мне было… очень… Ты меня простил?

- Да.

- Посмотри в глаза.

Их взгляды встретились.

- Простил… любимый мой…

Все. Этого скрещивания взглядов оказалось достаточно, чтобы все вернулось на свои места… Они оба сразу же почувствовали, как вмиг растаяла между ними завеса некой неопределенной отчужденности. Они снова стали единым целым…

- Болит девочка?

- Нет. Совсем нет. Попка немножко. Чуть-чуть…

- Ты дала в попку?"

"- Было совсем не больно.

Я ему презервативы надевала. Из тех, что ты купил на сегодня. Они такие скользкие снаружи. А у него он такой смешной, длинный-длинный, длиннее твоего и в два раза тоньше. И загнутый кверху. Он так легко проскочил, я совсем не почувствовала боли. Только приятно было жутко… Он его весь туда засадил… и так упирался снизу, в матку… такое впечатление было, что он изнутри меня… Ты ведь так ни разу по-настоящему этого и не сделал…

- Тебе же больно было…

- Да.

Он у тебя такой толстый. Я думала, что у всех мужиков он таким становится, когда встает. А у него он только удлинялся…

- Он сам попросил?

- Да. Сначала спереди, как сейчас лежу, только ноги мне сильно задрал. Потом сзади, это вообще… как конь. А потом и стоя, в ванной.

Лежащий во влагалище шалбан непроизвольно подскочил.

- Ага! - лукаво улыбнулась она. - Возбуждает? Так тебе и надо…

Она стала игривой и озорной, такой, какою он ее всегда так любил…

- А ты… что ты почувствовал, когда только вошел? Я другая стала?

- Еще не знаю…

- Я специально так осталась… какой с ним была.

Даже не вставала после него… Мы только что утром еще раз… последний…

- Ты внутри вся еще мокрая.

- Я теперь тебя кому-нибудь тоже на один раз подарю. А сама к маме пойду ночевать и мучиться.

- Я никого кроме тебя пока не хочу.

- Тогда иди ко мне. Сюда.

И стала подталкивать за ягодицы, призывая подняться.

Он знал, что она хочет.