Наша природа много нам подсказывает, такого ранее не было, будто ты не от мира сего, неужели все северяне такие? — шептала Ильси, забираясь на кровать.
Меня не хило так тряхнуло, от догадок девицы, и пару раз даже боязливо сглотнул. Женская логика замечательно работает везде, где бы то ни было.
— Прости, Ильси, но ты уверена в себе? Может не стоит? Кто я такой вообще? Обычный пришлый, а ты такое вываливаешь на меня! Этого ведь потом не изменить, я тебя верно понимаю? — шепчу я в тон ей, чтобы не разбудить заворочавшуюся баронессу.
— Поверь мне, Пал, в себе я уверена полностью, а вот в тебе я чувствую сомнения, я не приглянулась тебе? — томно шептала она мне на ухо, обняв за шею. — Так смотри лучше! Сейчас ты увидишь брачный ритуал весписы!
Я хотел остановить ее, чувствуя неладное и не поправимое, слишком подозрительными были ее слова, но успел лишь протянуть руку, и застыть как завороженный.
Ильси отпустила меня, прикрыла глаза, а по её телу стало расходиться слабое зеленоватое свечение, опутывая тело девушку, будто растения.
И под кожей стали видны настоящие руны, которые мерцали повсюду и придавали дриаде еще более экзотический вид, а сама весписа стала более манящей и притягательной.
А меня будто стимулятором и афродизиаком накачали, и невольно потянулся к груди девушки, прижимая и подминая Ильси под себя, забывая обо всем, мыслей уже не было.
«Видимо думаю я, не той головой, которой необходимо, — это были мои последние здравые умозаключения».
Стыдно признать, но что-то подобное у меня было с Алисой, все казалось как в каком-то мареве, мистическим и магическим.
Весписа понимала меня с полумысли и полуслова, стоило мне только подумать, как она меняла свое положение, и позу на более мне приятную, и сама девушка получала небывалое удовольствие, если судить по ее выражением и богатой мимике, и ближе к кульминации стонала она, уже не сдерживаясь.
Весписа ласкала мое лицо, а я в ответ ласкал ее. А в какой-то момент, к нам присоединилась и сама Масти. Я даже не успел понять этого, как на смену Ильси, пришла еще более страстная и разгоряченная подобным видом баронесса, и стонали обе девицы, уже не смущаясь, и с жаром целуя, друг дружку.
Такой вид еще более меня раззадорил, и я продолжал свое грязное дело, что есть сил, не сдерживаясь и подрубая энергию.
Уснули девушки только утром полностью обессиленные, и я вместе с ними. Счастливый и довольный, нутром понимая, что утром придеться уже разгребать свалившиеся на голову обязательства.
