Разбудил меня тихий шуршащий звук входа, а точнее кто-то попытался ко мне прокрасться. И сюда по запаху, точно собакой скоро стану, это был мой ангелочек. Меня это естественно порадовало, но я лежал как и до этого, продолжая делать вид, что в глубоком сне.
Аккуратно забравшись в палатку, и скинув с себя одежду, девушка заползла ко мне, под одеяло, и прижалась прохладным телом. Повздыхала, по-хозяйски забралась под руку, не забыв закинуть на меня ногу, и мерно засопела, своим носиком мне в шею.
— Устроилась? — тихо прошептал я, поцеловав ту в шею.
"
"— Ага, — довольная замурчала девушка. — А то у меня в палатке холодно, а ты теплый.
— Конечно, вместе теплее, спи, ангелочек! Это я дурью маялся, а ты работала.
— Что ты сделал с Колясиком? — вновь замурчала Алиса, никак не успокаиваясь.
— Просто поговорил, душевно и по-мужски! Он что-то сделал?
Я приоткрыл глаз и посмотрел на два голубых омута, которые и не думали спать, а лишь рассматривали меня.
— Нет, все в порядке, ведет себя тихо, угодить пытается, даже дедушка удивился.
— Значит, проникся, парень. Молодец он. Не дурак, как я думал.
— Ты хороший. Уже обо мне начал заботиться, — снова начала девушка.
— С чего ты взяла? Я с тобой такой, и еще с парочкой людей, а так я очень не хороший, — стал я переубеждать её.
— Мне кажется, что ты вот-вот, куда-то исчезнешь, — Алиса, будто не слышала меня, и стояла на своем.
— Да никуда я не денусь, мне ведь хорошо с тобой, — улыбнулся я ей.
— Мне тоже, ты главное не уходи от меня, и все будет хорошо, — девушка крепко прижалась ко мне и затихла, тихо засопев.
«Сколько же в тебе страхов, ангелочек? Никуда я не денусь от тебя».
Спал я плохо, и чувствовал себя на утро также, хоть и был в столь приятной компании, как моя красавица. Всю ночь снились странные кошмары, и разная «муть». Поля сражений, да такие масштабные баталии происходили, что глаза просто лезли на лоб. В одном я обычный солдат, в другом не пойми кто, но меня методично и профессионально на части разрывала та самая «муть», напоминающая чудовищ из сказок.
После темнота, и все вновь по кругу, но везде итог был один. Смерть. От клинка, ножа, копья. После смерть от когтей и зубов, в общем, умирал я быстро и мучительно. Бред полнейший.
И как всегда бывает на утро, оставались лишь обрывки образов от тех самых сновидений. А вот чувство тревоги никуда не делось.
Девушка уже быстро одевалась у меня на глазах, не скрывая свою наготу и бушующую сексуальность, на которую не произвольно засмотрелся.
