Вопрос, что могло произвести мутацию, настолько сильную, что австралопитек превратился в человека, в первого представителя семейства ХОМО? — Лидия Захаровна смотрела на меня прищурив глаза.
— А я почём знаю? Может радиация какая?
— Раньше тоже так думали. Много версий рассматривалось, но они так и остались версиями. Как Вас зовут, молодой человек?
— Марк. Зовите просто Марк.
— Хорошо, Марк. Я продолжу и Вы всё поймёте. Это очень важно. С момента появления человека умелого, периоды между мутациями стали сокращаться.
Спустя 700 тысяч лет появился хомо еректус, человек прямоходящий. Миновало ещё 700−600 тысяч лет, то есть примерно миллион лет назад, опять мутация и появление гейдельберского человека. Потом ещё 650 тысяч лет, вновь мутация, как итоге — неандреталец вышел на арену эволюции. А спустя совсем немного времени, по историческим меркам, то есть прошло каких-то 250 тысяч лет и вновь сильнейшая мутация. И на арену эволюции вышел хомо сапиенс. Или по другому его называют неоантроп. Это мы с вами, Марк.
Эволюция сделал мощный скачок. Спросите почему? Всё дело в том, что неоантропы, вновь сильно изменились генетически. Если человек умелый, человек прямоходящий, гейдельбергский человек и неандерталец генетически близки между собой, как были близки древние гоминиды, те же австралопитеки и салехантропы, то мы, то есть неоантропы генетически отличаемся от них кардинально. Мы даже спариваться с ними не можем, я имею ввиду с теми же неандертальцами. В плане, давать потомство. Хотя часть неоантропов в Европе всё же имели перекрёстные связи, так как у европейцев имеется 4% генов неандертальцев.
А вот у африканцев этих ген нет вообще. А вот спустя 100 тысяч лет, Марк, вновь мутация. И опять сильнейшая. Ты понимаешь о чём я говорю?
— Понял. Но эта мутация вызвана вирусом, а не внешней средой, изменением климата или радиацией.
— Вот! Вот именно, Марк, вирусом. Вот тебе и ответ, на вопрос, кто создал человека?
— Вы что хотите сказать, что древние мутации, это тоже воздействие вируса? Но этот вирус новый.
Мало того, он вроде бы искусственного происхождения.
— Марк, запомни раз и навсегда, нет искусственных вирусов. Мало того, вирус не относится к форме жизни.
— Как это? Что, микроб, это не форма жизни?
— В том то и дело, что вирус, это не микроб. Любой микроб, как ты сказал, это микроорганизм, клетка. А вирусы меньше любой клетки. Они живут в этих клетках. Они могут жить даже в болезнетворных палочках, даже в раковых клетках.
