Эшелон

Человечество в очередной раз проходит, так называемое бутылочное горлышко. — Ответил ему.

— Что за бутылочное горлышко, Марк? — Тут же задал вопрос Павел.

— Да читал как-то я, ещё в прошлой жизни, что человечество только по счастливой случайности сумело выжить. Это было два или три раза. Первый раз, сто или сто пятьдесят тысяч лет назад, в Африке жила группа людей, которых можно смело назвать хомо сапиенсы, то есть человек разумный, это мы с вами в отличии от всяких неандертальцев и прочих питекантропов, которые не являются нашими прямыми предками.

Почему эта группа появилась именно в Африке, вопрос спорный, так как пока это всего лишь теория, но этой теории придерживаются большинство учёный. Здесь пошли по накатанной, раз в Африке нашли останки самого древнего примата из рода гоминид, к которым относимся и мы, значит все люди, это африканцы.

— А сколько самому древнему человеку? — Спросил Илья.

— Человеком его трудно назвать. Это как в песне, слышал такую: «Ты уже не обезьяна, но ещё не человек!»

— Не, не знаю.

 — Ответил Илья. Мужики засмеялись.

— Гитара есть у кого? — Спросил присутствовавших.

— Сейчас, принесут. — Ответил Василий. Связался по связи с кем-то из своих. Вскоре один из его людей, молодой паренёк притащил семиструнку. Я взял её и забренчал:

Помнишь первобытную культуру?

У костра сидели мы с тобой.

Ты мою изодранную шкуру

Зашивала каменной иглой.

Я сидел, нечёсаный, небритый,

Нечленораздельно бормотал.

В эти дни топор из неолита

Я на хобот мамонта сменял.

Народ стал посмеиваться.

Люся навострила ушки, слушая меня.

Есть захочешь, приди,

У костра посиди,

Хобот мамонта вместе сжуём.

Наши зубы остры,

Не погаснут костры,

Эту ночь у костра проведем.

Ты иглой орудовала рьяно,

Не сводя с меня мохнатых век.

Ты была уже не обезьяна,

Но, увы, ещё не человек.

И с тех пор я часто вспоминаю

Холодок базальтовой скамьи,

Тронутые розовым загаром

Ноги волосатые твои.

Народ уже во всю смеялся.

Помнишь питекантропа — соседа,

Что тебя он от меня сманил

Тем, что каждый вечер он к обеду

Кости динозавра приносил.

И теперь я часто вспоминаю

Холодок предутренний в горах,

Я тебя сырую доедаю,

Плачу, весь от ревности в слезах.

Посмеялись.

— Весёлая песня. — Кивнул Георгич.

— М-да. Её, ещё будучи студентом, в начале 50-х годов написал Александр Мень. Он потом стал известным священником и был убит в 90-х какими-то отморозками. Так вот, на чём мы остановились… А на костях питекантропа или как он там, которые нашли в Африке.