Юля посмотрела повнимательнее — трясогузка. Серая, невзрачная.
В Касабланке сейчас еще не изнурительно жарко, и ленивый океан медленно выплескивает волны на берег. Еще позавчера высоченный белобрысый немец Петер догнал Юлю на дороге к пляжу, и она знала, что очень нравится Петеру, и чувствовала себя роковой красавицей, и старалась не думать, что сказка, в которую она попала на две недели, скоро кончится.
Поездку в Марокко организовала Наташа, когда узнала, что Юля затеяла ремонт. Какой-то бедолага забронировал номер в отеле и отказался от поездки в самый последний момент, и Наташа переоформила отель и билеты на Юлю.
Ехать одной в чужую страну не хотелось, но Наташа очень старалась, и Юля поехала.
Теперь она всегда будет ездить только в Марокко.
Трясогузка улетела. Юля накинула ветровку, вышла на крыльцо. Яблони, которые папа посадил несколько лет назад, были окутаны бело-розовыми цветами. Юля решила бы, что это очень красиво, если бы не видела парков Касабланки.
Собаку она заметила, когда та, высунув язык, встала передними лапами на ступеньки крыльца.
— Ты откуда взялась? — вздохнула Юля.
Собака была большая. Узкая длинная морда, блестящая светлая шерсть. Собака ухоженная, явно домашняя. И явно дорогая.
— Иди домой, — посоветовала Юля. — Тебя, наверное, ищут.
Собака виновато посмотрела на Юлю, опустила хвост, робко шагнула на крыльцо.
— Ну заходи, — вздохнула Юля. — Будем завтракать. Чем бог послал.
Утро было холодным, градусов двенадцать, не больше, но Роман заметил это, только когда, обегав улицу, углядел Ванду на соседском участке.
Увидев собаку, он словно вернулся в реальность. Понял, что замерз на холодном ветру в одной футболке. Вспомнил, что обещал утром связаться с фирмой, и там наверняка ждут его звонка. Он так перенервничал из-за собаки, что даже злиться на нее не было сил.
— Ванда! — крикнул он через забор. — Идем домой!
И только тогда заметил девушку. Девушка обернулась, пошла к забору, к тому месту, где он стоял, а Ванда виновато трусила за ней.
Проклятая собака отлично знала, что убегать с участка нельзя. Взять бы плетку да отхлестать мерзавку.
— Здравствуйте, — вежливо кивнула соседка.
— Здравствуйте, — буркнул Роман и бросил собаке: — Иди сюда немедленно!
Ванда выглянула из-за соседки, неожиданно положила лапы ей на грудь, повиляла хвостом.
— Извините, — закипая, выговорил Роман."
"— Ничего, — улыбнулась девица, открыла находившуюся совсем рядом калитку.
