Эскортница

Трусь, параллельно разминая мышцы. Цель — доставить максимум удовольствия и зажечь в сексуальном плане. Довести до мучительного исступления.

Ладони Артёма сжимают мою талию, водят где вздумается. Везде, ниже лица, как я и просила. Сминают, гладят, тоже скользя из-за огромного количества масла. Я использовала полтюбика, не меньше. Фишка этого эротического массажа в том, что в масле не клиент, а массажист. Все происходит через прикосновения. Это почти близость, почти то самое особенное, и все же... нет. Я двигаюсь на Артёме, прижимаюсь, выгибаюсь эффектно, имитируя позиции и движения в сексе, пробуждая фантазию.

Он больше не потешается. Вовлечен в процесс. Ему, кажется... даже приятно.

Мои губы в сантиметре от шеи. Чередуя горячее и холодное дыхание, я опускаюсь ниже. Волоски на его теле поднимаются, значит, мурашки побежали. Быстро улыбаюсь. Истомин тоже человек, оказывается.

Может, я и не устрою для него жестоких игр, не стану той самой особенной, но хотя бы подарю приятные минуты отдыха. Миную грудь, дохожу до пупа, но не останавливаюсь.

Член дергается навстречу. Я нежно обдуваю его, затем мошонку. Массирую бедра. За сексуальной игрой Артём и не заметил, как я всего его расслабила, проработала каждую доступную мышцу. Сегодня он отлично выспится.

Встаю рядом с кроватью и снимаю крошечные трусики. Вновь забираюсь на Артёма, но теперь спиной к нему. Выдавливаю на руки смазку и начинаю влажно ласкать член. Водить вверх-вниз. Сама покачиваюсь на твердом животе.

— В рамки эротического массажа такое непотребство не входит, — напоминает Артём со смешком.

Его пальцы у меня между ног. Он уже в курсе, как сильно я его хочу.

Оборачиваюсь:

— У нас расширенная программа. — Щеки горят, в горле ком. Возбуждая Артёма, я сама добралась до грани. — Не придирайся, я хочу твой член. — Сжимаю головку.

Он стискивает зубы и на миг закрывает глаза, надеюсь, от наслаждения.

— Хорошо, — хвалит. — Чуть сильнее, не бойся. Продолжай, девочка. Возьми уже в рот.

Я двигаю бедрами, словно он внутри. Сама глажу член, то ускоряясь, то замедляясь, когда чувствую, что тот особенно каменеет.

Оттягивая момент. В очередной раз Артём не выдерживает:

— Блдь, на хер!

Он хватает меня за талию и резко тянет на себя, бросает спиной на кровать. Встает на колени.

Я застываю с разведенными ногами и во все глаза таращусь на него — разгоряченного, большого. Артём берет презерватив, старается вскрыть. Движения нервные, быстрые, из-за масла у него не получается. Прикусывает зубами и дергает.