Эсса ощущала внутреннее давление и некоторую тяжесть, но в остальном иллюзорные оковы ей не мешали.
— Не надо, господин Стрейм, — устало попросила она, — доктор Шет, помогите ему.
Шет уже доставала мазь от ожогов, чтобы помочь посланнице, которую адмирал положил на землю. Аборигенка лежала без сознания и едва дышала, но, услышав Эссу, доктор бросилась к Нико, проигнорировав рык То́го.
— Адмирал, — обратился к нему Момо, — поднесите Накару к воде. Ей покровительствуют все стихии и пока она им нужна, они помогут лучше нашего доктора.
— Ага, я видел, как они покровительствуют, — зло бросил адмирал, но подхватил посланницу и зашёл вместе с ней в воду.
— Пока Накара слышит их и является проводником их воли, они не дадут ей умереть, — произнёс Каадавр, помогающий госпоже Шет.
Все были подавлены.
Раньше команду раздражала зависимость от настроения живого леса. Он следил, выражал недовольство некоторыми поступками, где-то подгонял, где-то словно забывал о своих гостях. Всё это подавляло и заставляло нервничать.
Но теперь все почувствовали настоящее дыхание смерти.
Эсса своей клятвой остановила медленное поджаривание команды, но никто не сомневался, какой исход их ждёт. Причем надежд не осталось не только у иноземцев путешественников, но и у леса. Все в полной мере прочувствовали рвущуюся на волю мощь стихии огня!
Когда паника прошла, девушка долго сидела и наблюдала за доктором Шет, ухаживающей за раненными. Момо порывался что-то спросить, но Эсса каждый раз прикасалась к его губам пальцем, запечатывая слова, и он молчал.
— Госпожа Шет, прошу вас, дайте мне успокоительное со снотворным эффектом, — наконец произнесла прорицательница.
— Госпожа Эсса, зачем? — подался вперёд Момо. — Вы сгорите в своих видениях и не сможете проснуться.
— В его интересах, чтобы я не сгорела! — громко произнесла девушка.
Ей было страшно.
Она уже почувствовала не только мощь стихии огня, но и её неразумную порывистость. Стихия жила инстинктами. Она соображала только в тех случаях, когда искала освобождения.
Вот тут огонь сумел завести себе проводника и более-менее оберегать его, но стоит пламени вырваться, слабые зачатки разума отойдут на дальний план.
Девушка приняла у Шет таблетки и, слабо улыбнувшись доктору, попросила последить за её состоянием.
— Эсса, на что мне ориентироваться? — уточнила женщина.
— Если я буду гореть, поливайте водой, охлаждайте меня. Если сердце не будет выдерживать, то приводите в чувство.
— У тебя здоровое сердце, так что…
— Мне страшно.
