Семейные женщины выйдут на работу, только когда весна войдёт в силу и в предгорье высохнут лужи, а сейчас рядом с Эссой работали только такие же одиночки, как она сама. Покалеченные, выброшенные на обочину жизни мужчины, никому не нужные женщины и брошенные на произвол судьбы подростки. Отбросы даже среди собирателей.
Хмурясь от горьких мыслей, Эсса закуталась с головой в истончившиеся от многолетнего пользования одеяло и плед, пригрелась и заснула. Ей снились разные люди, и наблюдать за ними было интересно.
Кто-то шёл на работу и спокойно выполнял привычные действия, а кое-кто странно нервничал. Такие часто вытирали вспотевшие ладони о штаны, приветствуя товарищей, неловко смеялись в ответ на шутки и вопросы о странном поведении. Во сне Эссе было приятно, что не только она одна заметила нервное поведение нескольких человек, но ни у неё, ни у других дальше подозрительных взглядов дело не продвинулось.
И всё же, эта часть сна вызывала беспокойство и утомление из-за не решённой загадки.
На лбу Эссы пролегла складка, а губы плотно сжались.
Её странный сон продолжался, хотя она не понимала, что спит. Ей казалось, что все происходит наяву. Она видела рабочих, и каждый из них был занят делом, в цеху царила особая атмосфера сосредоточенности, внимательной напряжённости. Раздавались резкие окрики-команды. Эсса вновь нахмурилась, чувствуя немного напряженную обстановку. Не успела она оглядеться, размышляя, чем бы помочь, как в цеху раздался грохот.
Оглушённая, Эсса сжалась, прижимая руки к груди.
Она успела заметить, что испугалась не одна, а потом странный звук сверху заставил поднять голову. Широко раскрыв глаза, девушка смотрела, как крыша всколыхнулась и начала падать, разваливаясь на части.
Ноги у Эссы стали непослушными, ватными, и чем сильнее она гнала себя к выходу — тем больше её охватывало отчаяние от сковавшего тело бессилия. Она стояла посреди хаоса, не в силах шевельнуться, и наблюдала с потрясающей отчётливостью то, что происходит.
Видела таких же, как она, замерших и растерянных людей.
Говорят, это срабатывают гены. У кого-то просыпается инстинкт замереть и не шевелиться, а у кого-то — бежать без оглядки. Одни в далёком прошлом являлись жителями гор, другие жили в долине. Только те, кто соблюдал правила выживания, оставляли потомство, и вот в минуту ужаса древний инстинкт сыграл злую шутку."
"Эсса безмолвно открывала рот, думая, что кричит во весь голос, но из горла доносились только хрипы.
