Юнец, влюблённый в Шайю… тогда Эссе было даже обидно, ведь Нико был влюблён в её тело и даже не подозревал, что настоящая душа этого тела отвечала ему взаимностью.
Эсса отошла к проходу и, спрятавшись за поднимающимися вверх ступеньками, следила за ним, сравнивая свои воспоминания из безвременья и то, каким он стал возмужав.
Все разошлись, а Нико Стрейм не тронулся с места. Капитан Лемех удивлённо посмотрел на прячущуюся девушку, но отошёл в сторону и не стал её выдавать. А она…
Она гордо вышла на середину зала и дождалась, когда одетый с иголочки Нико обратит на неё внимание.
Он оставался на возвышении. Сидел на опустевшей скамье и вновь выгнул бровь, демонстрируя ленивое удивление.
Эссу это рассердило ещё больше.
Она чувствовала разочарование из-за того, как он равнодушно отнёсся к обвинению своих подружек, а теперь ещё и сердилась.
Конечно, формально он не виноват в том, что вырос и стал любимчиком женщин; не виноват, что девочка-прорицательница, маявшаяся в безвременье, влюбилась в паренька с космической станции Ореон и считала его самым лучшим.
Эсса понимала, как глупо сожалеть о том, что могло бы быть и не случилось, но не так-то просто оказалось расстаться с детскими иллюзиями.
— Господин Стрейм, — произнесла она, строго посмотрев на мужчину.
— Чем обязан, госпожа Эсса? — он слегка улыбнулся, демонстрируя взрослую снисходительность по отношению к младшим.
— Для вас — госпожа Литвак Раньера Бруно, а если это сложно, то госпожа Бруно, — поправила его девушка, продолжая так же строго смотреть на него.
— И что же вы хотели, госпожа Литвак Раньера Бруно?
— Ваше поведение по отношению к влюблённым в вас женщинам недопустимо. Подло давать надежду каждой из них и наблюдать за разгоревшимся соревнованием.
— Вы ошибаетесь…
— Это вы ошибаетесь, если считаете иначе.
Эсса плотно сжала губы, чтобы случайно не начать кусать их от волнения, и гордо вышла из зала.
Руки у неё опять дрожали, а в отражении она увидела свои лихорадочно блестевшие глаза, но, в общем и целом, вид у неё был серьёзный и даже суровый.
Правда, наблюдавший за ней капитан Лемех, сравнил её с боевым цыплёнком, но вслух он об этом никогда не сказал бы. Тем более капитан был полностью согласен с тем, что сказала юная прорицательница по поводу Нико Стрейма.
Глава 12."
"Несмотря на гордый вид, с которым Эсса покинула зал заседания, она побаивалась идти к себе в одиночестве.
