Она требует моего доверия, так же как я требовал ее. Брайони отказалась от всего, что считала правдой, и все ради меня.
Я играю с ее соском, поглаживая пирсинг и чувствуя, как она извивается надо мной. Моя рука скользит по ее груди и находит шею. Я чувствую, как она сглатывает, прижимаясь к моей ладони, и наши глаза все еще смотрят друг на друга, когда я крепче прижимаю ее к себе.
Только ты и я."
"Я отпускаю ее шею, сдаваясь, когда она снова опускается между моих ног. Ногти впиваются в плоть моих бедер, доставляя боль, которая необходима мне, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Мои ноги слегка сгибаются, лодыжки все еще скованы. Прижимаясь к чувствительному месту, она фокусирует взгляд на мне, пока ее скользкий палец проникает внутрь.
— Блять! — я сжимаю простыню под собой в кулак, моя грудь вздымается, в то время как остальная часть меня остается привязанной к кровати.
Она медленно поворачивает палец, массируя меня изнутри. Мой член выпрямляется, когда волна сильнейшего возбуждения захлестывает меня.
Начиная с ног, огонь поднимается все выше и выше, пока не охватывает все мое тело жаром, словно вулкан, взрывающийся изнутри.
Я пытаюсь говорить, но слова не даются мне, так как она продолжает водить пальцем по тому самому месту, из-за чего у меня дрожат колени.
— Да, малыш, — вздыхает она, облизывая губы и глядя на меня с пылкой потребностью. — Позволь мне выдоить сперму из моего члена грязным способом.
Ее слова. То, как грязно она прикасается ко мне, чтобы стереть мое прошлое.
То, как ее глаза загораются несомненным вожделением, когда она смотрит на меня. Все это заставляет меня проклинать потолок, неконтролируемо стонать и тянуться вниз, чтобы потрогать свой ноющий член.
Она тут же шлепает меня по руке, продолжая водить по ней пальцем. Это уже слишком. Мои бедра вздымаются вверх, жаждая сладкой, опустошающей разрядки, дыхание становится прерывистым, а мышцы подергиваются. Мои яйца плотно прижимаются к телу, и я чувствую, что это происходит.
— Блять, детка… прикоснись ко мне. Пососи меня. Схвати мой гребаный член, — стону я, откидывая голову назад и извиваясь под ней.
— Умоляй, — приказывает она.
— Пожалуйста! Господи, блять, — умоляю я.
Ее вторая рука наконец-то обхватывает мой член, и как только она скользит по стволу и достигает головки, мое тело напрягается, и из моей груди вырывается долгий, глубокий стон, а из кончика вырываются струйки горячей спермы.
