До полдевятого просидели зазря — шеф Кожина отодрал, как чушка последнего… Тот клялся, божился — мол, завтра с утра, кровь из носу! Мудак! Ну и оставили деньги на ночь — Маренич торопился, не стал их туда-сюда в главный корпус таскать… Знать бы!
— Значит, про деньги в сейфе знали Зайченко, ты, Кожин?
— И сам шеф! — сыронизировал Корзун.
— И сам шеф, — согласился Владимир Александрович, складывая в папку бумаги…
А вот с Зайченко удалось переговорить только под конец дня: Виноградов почти силком вытащил его из-за руля:
— Саныч! Времени — ни минуты! Люди в «Астории» ждут, будет скандал международный…
— Денис, родной! Всего два слова… Ты когда с совещания пришел насчет кожинской сделки…
— Да хрен с ней, с той историей! Плевать на баксы! Ты скажи, про шефа есть что-нибудь? Нет?
— Нет ничего.
Нету!
— Ну так и занимайся делом! Ищи! Мы тебе деньги за что платим?
— Пошел ты… Сядь! Сядь, тебе говорю! — рявкнул Виноградов так убедительно, что Денис разом стих и довольно внятно ответил на все интересовавшие капитана вопросы: да, кабинет он обычно не запирает — там воровать нечего, тем более чертову уйму денег тратят на этих охранников-дармоедов… да, трубку телефонную тогда не нашел — обычно он ее в верхний ящик стола прячет, на всякий случай, а тут она в среднем оказалась, но, кажется, он там после совещания искал, хотя и не уверен… нет, он не обращал внимания в дежурке, стоит на втором корпусе сигнализация или нет, это не его, заместителя генерального, проблема… и вообще.
Кожин — бездарь и козел, если бы не его «пролет» с покупкой комнаты, шеф бы не снял деньги и не оставил их в том долбаном сейфе! И дело тут не в деньгах — плевать на них, невелика сумма, и вот что с Виктором — это действительно…
После того как Зайченко, взревев всеми лошадиными силами «Баварских моторных заводов», умчался делать для фирмы очередной миллион, Владимир Александрович вновь побеседовал с Корзуном, потом провел почти час в бытовке грузчиков, несколько раз прошелся до второго корпуса и обратно, остановившись в конце концов посреди двора.
Завтра должен был вернуться Кожин, но уже сейчас Владимир Александрович был уверен, что «вычислил» негодяя. Оставался сущий пустяк — заставить его признаться…
5
Я прошу Вас замолчать и говорить то, что случилось, а не то, что было…
М. ЗощенкоНаступивший день начался со лжи.
