Так вежливо, что собеседница сразу осеклась — в другое время и в другом месте капитан был бы не прочь почесать язык по поводу родной российской бестолковости и вороватости, но… сейчас обстановка не располагала.
— Ладно… Уже больше года мы ведем разработку по информации о хранении, хищениях и незаконной транспортировке ядерных боеприпасов из арсеналов бывшей Советской Армии. Некоторое время назад свое журналистское расследование начал Андрей Баконис… Теперь его убили.
Виноградов посерьезнел — смерть человека всегда является веским аргументом.
Даже в теоретическом споре.
— Вы полагаете — это связано? — осторожно поинтересовался он.
— Да. Вскрыт его персональный сейф в редакции, код знал только сам Баконис — там выгребли все. Но вот дома перерыли квартиру и взяли только «атомную» папку — и деньги, валюту по мелочи…
— Для маскировки, — понимающе кивнул Владимир Александрович. — Но — насчет сейфа — как они…
— Андрея перед смертью пытали — недолго, правда… Только потом убили.
Пронзительный холод — отголосок чужой боли — окатил Виноградова и плотным клубком сгустился в груди. Он еле слышно, сквозь зубы, выругался, давая выход страху и ненависти.
— Есть шанс найти?
— Работаем. И полиция, и мы… Ну что?
Капитан понял:
— Спрашивай.
После услышанного он признал за Жанеттой право задавать вопросы. И это было уже — много.
— Ты здесь в командировке? По службе?
— В командировке. Но не по службе — как частное лицо.
— Не совсем понятно…
— Я в отпуске…
И Виноградов кратко, но достаточно подробно изложил суть произошедших с ним с позапрошлого вечера событий.
— Да-а… — поправила очки собеседница, когда он закончил. — Смотри, как интересно…
— Серьезно? — Виноградову показалось, что Жанетта употребила не совсем точный эпитет для того, что с ним произошло. Но спорить не стал.
— Вы меня в редакции «срисовали»?
— Да-а, ерунда! Дело техники, — рассеянно, думая о чем-то своем, ответила контрразведчица.
— Редакция, кабак, туда-сюда… Ладно!
Жанетта встала и с видом человека, принявшего важное решение, поставила кипятить воду под кофе. Виноградов молча ждал.
— Слушай. В июле командованием одной из дислоцированных пока на нашей территории русских частей — мы называем ее обычно «вторая авиабаза» — в порядке конверсии был заключен договор с фирмой «Норд-Вест круизез» на продажу, как там написано, «приборов экологического контроля».
