Словом, нормально мы живем, как многие, грех жаловаться. А вот Петька зачастую ходил голодный. Его все подкармливали: бабушка, соседки.
Соседи у нас молодцы – тогда и с похоронами тете Люде помогли, хотя сами не богаты, и вещи свои отдавали, кто что мог, и с малышом их по очереди сидели, пока она бегала на какую-то ночную подработку.
Помню до сих пор, как Петька приходил к нам и смотрел голодными глазами, как бабушка варит суп или печет оладьи. Она потом усаживала нас обоих обедать, сама уходила.
И я свое отдавала ему – не из милости. Просто раньше съесть тот же суп или кашу было для меня чуть ли не пыткой над организмом. Петька же сметал моментально и свое, и мое, и добавку.
Сейчас тетя Люда нашла какую-то неплохую работу. У них завелись деньги. Она даже задумала переехать в квартиру получше, по словам Петьки. Правда, сам он отчаянно против. В общем, теперь они не бедствуют, но Петька по старой привычке набрасывается на любую еду.
– Ну что, как в школе? Что новенького? – интересуется Соня.
– Сегодня на физре Дэн Жуковского ушатал… – с набитым ртом отвечает Петька. Прожевывает и договаривает подробности уже внятно: – Илья косячнул по игре, ну это как обычно. А Дэн на него вдруг вызверился.
– Так он всегда его шпынял, – пожала плечами Соня, мол, что такого.
– Не-е-е, тут вообще жесть… он его по-всякому обложил, потом еще мячом баскетбольным долбил… Скажи, Лен?
– Да, – киваю, – Дэн как с цепи сорвался.
– Ага, погорячился, – Петька тянется за следующим бутербродом.
– Это не погорячился. Это называется «вел себя как сволочь с тем, кто ему ответить не может».
– Ну, пусть так, – миролюбиво улыбается Петька.
– Ничего себе, – без особого интереса произносит Соня. – А что еще было?
Я догадываюсь, что Соню на самом деле интересует Антон Ямпольский. Просто при Петьке она прямо спросить о нем стесняется.
Соня влюблена в Ямпольского, сколько ее помню. И это какое-то проклятье, как по мне.
Уж лучше вообще никогда никого не любить, чем вот так."
"Внешне Антон, конечно, симпатичный, многим нравился. Раньше. Пока к нам не пришел Горр. Соня, наверное, одна-единственная, кто до сих пор продолжает по нему преданно и тайно вздыхать. То есть она думает, что тайно. Но Ямпольский это знает и глумится над её чувствами. Мне и Петька это говорил. И сама я однажды услышала случайно, как Антон, завидев издали Соню, всячески её обсмеял с парнями.
