– Серьезно? – меня тогда это почему-то насмешило. – Ресторан «Александр»?"
"– Именно так, – отчеканил отец. – Я не гордый. Мне и забегаловка сойдет.
Теперь он торчит в своем ресторане днем и ночью. Деловые переговоры ведет, ужинает с партнерами, женщин разных имеет. Под это дело он себе оборудовал и кабинет, и комнату для утех.
Сам я тоже зачастую там обедаю. К тому же находится он недалеко от школы. Так что, думаю, отец не обеднеет, если сегодня заявлюсь туда не один.
Я подошёл к Василию, водителю, предупредить, что задержусь.
Просить его уехать все равно бессмысленно. Отец приставил его ко мне даже не столько возить, сколько охранять. Ну и каждую минуту быть в курсе, где я, с кем я, что делаю. И если Василий вдруг оставит меня, отец его потом четвертует. Поэтому тот как на привязи – всегда по близости. Сначала, помню, это адски раздражало, сейчас уже свыкся с его постоянным тихим присутствием.
Наши топтались поодаль, ждали меня. Я сел в машину на заднее сиденье.
– Пока домой не едем.
Я схожу с одноклассниками пообедать.
– В ресторане Александра Германовича?
– Да.
– Довезти?
– Не надо, сам дойду.
Василий выслушал меня с непроницаемой миной и кивнул, типа, всё понял, будет ждать на месте.
Я вышел и снова увидел её…
Она, как и вчера, и позавчера, и всю прошлую неделю, стояла метрах в пятнадцати от машины. И пялилась на меня. Жалась к стволу тополя, переминаясь с ноги на ногу.
До этого я делал вид, что не замечаю ее. Или не узнаю. Вполне мог бы. В сознательном возрасте я ее и не видел.
Но, естественно, я сразу понял, что это она. Моя мать.
В доме нет ни одной ее фотографии. Но я знал ее имя, знал, кем она была, поэтому как-то погуглил, просто из интереса. И запомнил. Трудно не запомнить – внешне, как ни прискорбно, я в нее. Ну и как-то прогнал ее лицо через фоторедактор, чтобы посмотреть, как бы она выглядела в возрасте.
Сейчас она, конечно, сильно изменилась. Подурнела. Пожухла. Постарела. Фоторедактор сильно ей польстил. Ей тридцать шесть, но я бы все пятьдесят дал.
Но узнать все равно можно.
Не знаю, как она выследила меня. Но уже вторую неделю трется возле школы. Не походит ко мне, не заговаривает, просто стоит в стороне и пялится. Василий не в курсе, кто она (отец его нанял гораздо позже). Иначе уже доложил бы отцу, и больше ее здесь не было бы.
Я тоже не собирался к ней подходить, но сейчас неожиданно для самого себя направился прямо к ней.
– Что тебе надо? – спросил с ходу.
