Это моя территория

Парни переодевались, кинув костюмы на фанерные щиты, прислоненные к стене. Девушкам в этом плане пришлось труднее, демонстрировать свое белье они отказывались напрочь. К счастью, потом обнаружили небольшую нишу, сплошь заваленную какими-то старыми декорациями. Подняв кучи пыли и отчаянно чихая, девушки вытащили весь хлам и теперь переодевались относительно незаметно. Относительно потому, что сбоку их видно не было, но стоило сделать несколько шагов вправо, как открывалась вся картина.

– Мне кажется или штаны ушили до лилипутских размеров? – Алиса, отчаянно пыхтя, кое-как застегнула пуговицу, выдохнула.

 – Блин, а если они по швам лопнут?

– Может, мы все резко потолстели? – Леся расправила широкий, изумрудного цвета подол платья. Она тоже с трудом застегнула молнию сзади. – Ой, мне тут камешки на лифе нашили.

Наконец, нарядившись, все вышли на сцену.

– Привет, морда, – Алиса похлопала пока спящего Горыныча. – Скоро ты у меня позажигаешь, – она давно уже вынашивала одну идею, но только сегодня решила ее привести в действие.

Стоявшие рядом двое парнишек, озвучивающие другие головы Горыныча, хмыкнули и заговорщически переглянулись.

И тут из-за сцены вышел очень злой Фрик.

– Они что, зря с нас мерки снимали? – заорал он. – Денисыч, ты посмотри на меня! Я принц вообще или балерун?

– О Господи, – пробормотала Алиса, сгибаясь от хохота. Остальные девушки тоже захихикали, а парни сочувственно загудели.

Видимо, те, кто шил костюмы, где-то ошиблись. И теперь светлые штаны принца были больше похожи на балетное трико.

Не хватало только пуант.

– Кошмар, – тут же прокомментировала Ольга. – Аскольд снимай этот камзол и быстро пошли в костюмерную, выберем какой-нибудь подлиннее.

– Давайте лучше штаны выберем другие, а то эти мне…

– Гы-гы-гы, – теперь заржали уже все. Фрик молча посмотрел на смеющихся, веселье мигом стихло. Одна Алиса, уткнувшись в морду Горыныча, тряслась от хохота.

Пока искали штаны, пока примеряли, прошло почти сорок минут. Потом смотрели освещение, прогоняли танцы.

В общем, часа через два Денисыч объявил получасовой перерыв и куда-то исчез. Видимо, пить валерьянку. Алисе и ее подельникам это было на руку. И они приступили к осуществлению своего плана.

В восемь часов корпус, где размещалась театральная студия, пустел. Здесь не было пар для заочников и «вечерников», не проводились консультации. Поэтому по опустевшим широким коридорам одиноко бродили два охранника, лениво переговариваясь по рациям.