Глава 14
Алиса
У меня есть три дня на то, чтобы подумать. Первый я, к сожалению, трачу исключительно на слезы. Не могу успокоиться, унять их, перестать себя жалеть. Еще хуже становится, когда медсестра заносит мне огромный букет красных роз, на которые я больше, наверно, никогда не смогу смотреть — они прочно ассоциируются у меня с мужем. Ха! Муж…Мне становится неловко, когда я даже мысленно называю так Олега.
Какой же я была идиоткой! Сколько знаков было, сколько очевидных моментов, чтобы понять — ты ему не нужна.
Но я тем не менее верила. Сейчас, прокручивая в голове два года замужества, я понимаю, как глубоко я заблуждалась. Во всем. Он был таким молчаливым, потому что говорить со мной не хотел, да и не о чем, наверное, было. Он всегда уходил из нашей постели первым и ложился последним, не из-за работы и своей нагрузки, просто не хотел там находиться. А главное…он пил не из-за того, что на него давило общество, а из-за того, что его заставили на мне жениться. Его заставили. Шантажом. Теперь я уверена на сто процентов, что именно так и было.
Прятать голову в песок и дальше, просто глупо! К тому же я сама просила Лешу — так зовут того самого парня, на которого напал брат Олега, — забрать заявление из полиции и не продолжать охоту на ведьм. Знала, что он ради меня это сделает: мы с Лешей росли вместе, он был и всегда будет моим лучшим другом, даже не смотря на то, что после моей свадьбы он уехал в Испанию.
Отец…После того, что я узнала, уверена: он действительно шантажировал Олега.
Наверно угрожал…Сомневаюсь, что он так просто согласился бы, учитывая тот факт, как я его на самом деле раздражала. Осознавать это не просто больно, это дико унизительно — я теперь чувствую себя даже не грязной, недостойной. Второсортной. Да любой, черт возьми, только не такой, какой нужно. Потому что я не Алена.
Хочу я того или нет, память подбрасывает мне картинку, как они сидят на той кровати, в том чертовом номере. Как он на нее смотрит. Я, знаете, пытаюсь нащупать хотя бы один момент, где он смотрел также на меня, а все мимо.
Он меня ненавидит и со мной он грубый — это я хорошо помню. Наверно, каждый раз, когда он ложился со мной в постель, представлял ее на моем месте. А когда понимал, что я не она и никогда такой не буду, ненавидел еще сильнее.
Господи, за что?"
"Я искренне задаю этот вопрос каждый раз, когда готова на стену лезть от разрывающей внутри меня боли. Это какое-то проклятие, наказание, только за что? Я искренне не понимаю.
