Это не любовь

Точнее, в созвучие тревожных звоночков. Да уж, созвучие… Тут гремел набат, не меньше.

Ей казалось, что если она вычленит эти детали, эти нотки, разберёт всю цепочку, то это как-то поможет. Потому что когда происходит что-то плохое, а ты даже не понимаешь, что и почему, то чувствуешь себя вдвойне беспомощным и вдвойне несчастным. Поэтому обязательно надо было шаг за шагом всё проанализировать.

За восемь часов в пути она ни на минуту не сомкнула глаз. Думала, перебирала в памяти последние месяцы и недели.

Да, такие моменты были.

.. Более того, их оказалось предостаточно. А она была глупа, слепа и доверчива! Всегда, безоговорочно верила ему на слово. Потому что прежде он не лгал. Сам с откровениями не лез, но если спрашивали, мог любую неудобную правду сказать в глаза и ей, и кому угодно.

А она спрашивала, незадолго до отъезда спрашивала, есть ли у него кто-нибудь. Анварес сказал, что ни с кем, кроме неё, у него никаких отношений нет. Она и успокоилась.

Хотя нет, тревога всё равно в ней подзуживала с того самого дня, как он разглядывал фото какой-то своей студентки.

Точнее, не какой-то, а вполне определённой – Аксёновой Юлии из двести пятой группы. Лариса потом нашла по журналу посещений страницу, которую так увлечённо рассматривал Анварес."

"Эта девица, как он и сказал, действительно балансировала на грани отчисления – Лариса собрала кое-какие сведения, поспрашивала коллег. Так вот – никто о ней и слова хорошего не сказал. Да Анварес и сам таких всегда презирал. Легкомысленных, глупых, да ещё и с гонором на пустом месте.

Поэтому Лариса себя и убедила, что не мог он на такую повестись, мол, уж она-то его знает. А получается, что вовсе и не знает.

Да и потом тоже было из-за чего насторожиться. Накануне, перед её отъездом, например, он отказался провести вечер вместе. Без всякой причины, просто не захотел и не затруднился даже придумать повод.

Она тогда обиделась, конечно, но зацикливаться не стала – такое, в общем-то, случалось и раньше, привыкла уже. А ещё не поехал к ней после вечеринки, посвящённой Хэллоуину.

Но это тоже в его духе.

Однако сильнее всего цеплял эпизод, когда Анварес провожал её на вокзал. Довёз и до свидания. Она ожидала, что он хотя бы поцелует её. Хотя бы в щёку. А он – Лариса прекрасно это помнила – был вообще как будто мыслями в другом месте, где-то далеко, не с ней.

А вдруг он в тот момент как раз думал об этой девице?

Стало так больно и так противно, что Лариса не выдержала, заплакала.