Это не любовь

Правда, среди этого двухсотлетнего архитектурного изящества слегка нелепо смотрелись штрихи современности: неоновые вывески, наподобие «ПреZент» или «Перчини Grill», предновогодняя иллюминация, креативные ёлки в витринах – из проволоки, коробок, пёстрых носков, в общем, кто на что горазд, рекламные баннеры и всё такое прочее.

Анварес равнодушно скользнул взглядом по очередному билборду с афишей: в полупрофиль стареющее лицо с ирокезом, над ирокезом большие красные буквы The Matrixx, под лицом – буквы чуть меньше и жёлтые Агата Кристи.

Несколько секунд он разглядывал афишу, пытаясь понять, почему в груди смутно шевельнулось. Вспомнил…

Всего неделю назад, чуть больше, они ехали с Юлей после органного концерта. Она тогда заскучала от Равеля и поймала что-то своё, какую-то песенку и так воодушевилась... Удалось даже припомнить отдельные слова: ночь так юна, и ты юна, и я с тобой тоже юн. Правда, там на английском, но смысл был примерно такой. А ещё она поделилась своими музыкальными пристрастиями.

Сказала, что любит какого-то там диджея и Агату Кристи. В общем-то, сказала и сказала, но главное – другое. Главное то, что было потом. От одного воспоминания Анвареса кинуло в жар, а внутри всё томительно сжалось. Тоска, и без того точившая его все эти дни, прихватила уже во всю мощь, скрутила так, что воздуха не хватало.

* * *К общежитию, где жила Юлька, Анварес подъехал поздно, уже в десятом часу. Наверное, было бы разумнее подождать до завтра, чем нагрянуть вот так, незвано-нежданно и почти ночью.

Но терпеть уже было невмоготу.

В общежитие прежде он наведывался только раз, будучи ещё студентом. Ходил на день рождения одногруппника. Так что приблизительно он ориентировался.

В тесном холле вахтёрша бранилась с двумя слегка подвыпившими парнями, которые рвались к некому Стасу, она же их не пускала, собой заграждая проход.

Увидев Анвареса, студенты сразу притихли, поздоровались. Он им ответил, хотя совершенно не помнил, кто это такие.

Вахтёрша спросила очень официально:

– Вы к кому? И в какую комнату?

– К Юле Аксёновой.

Я не знаю, в какой она комнате живёт.

Женщина поджала губы и выдала:

– Тут вам не вертеп, между прочим. То один ухажёр к ней ломится так, что аж стёкла бьёт. Обматерил меня, а ему в матери гожусь! То теперь другой… а после девяти гостей мы не пропускаем. Читайте, вон правила на стене висят. И эту вашу Аксёнову... Роза Викторовна, комендант, вообще хотела выселить. Даже докладную на неё написала.